|
|
Рубрика: Мнение Иди и смотри2006 г.
"Носферату, призрак ночи"
 Самая мрачная и, на мой взгляд, лучшая экранизация знаменитого романа Брэма Стокера, несмотря на то, что сам роман послужил основой этого фильма лишь частично. В основном же Вернер Херцог черпал вдохновение в картине своего соотечественника Фридриха-Вильгельма Мурнау "Носферату, симфония ужаса", снятой ещё в эпоху немого кино. "Носферату" Херцога - это даже не римейк, это, скорее, заново отснятый и озвученный фильм Мурнау - некоторые сцены и диалоги попросту продублированы. Тем не менее, фильм нельзя назвать "копией", так как создатель "Призрака ночи" радикально переставил все акценты, многократно усилив гротескную и негативную атмосферу произведения, превратив его из, по сути дела, чёрной комедии в мрачный мистический триллер. Творение Херцога по праву стало не только культовым, но в чём-то даже обошло "оригинал" - если говорить только за себя, то я без колебаний отдам предпочтение именно ему, а вовсе не шедевру Мурнау, хотя немое кино и обладает неповторимым шармом, вспомнить хотя бы "Голема" Вегенера, снятого в той же характерной для немцев экспрессионистской манере.Если вкратце пересказать сюжет романа и большинства с разной степенью вольности снятых по нему фильмов, то можно уложиться в несколько предложений: некий молодой чиновник-молодожён по имени Джонатан отправляется в далёкое и трудное путешествие в Трансильванию, чтобы подписать с графом Дракулой контракт на покупку дома в Англии (в Германии у Мурнау и Херцога). Граф, увидев портрет возлюбленной героя (Люси), узнаёт в девушке двойника собственной, погибшей много лет назад жены. Он запирает незадачливого юношу в своём мрачном замке, сам же отправляется на поиски новой возлюбленной. Во время путешествия по морю вампир уничтожает всю команду корабля, а, прибыв в место назначения, принимается за мирных граждан, попутно переживая слащаво-фрейдистские метания из-за страсти к чужой жене. Несчастный Джонатан, выбравшись из своей тюрьмы, бросается в погоню за вампиром, желая спасти девушку от смертельной опасности. Есть ещё странный персонаж по фамилии Рэнфилд - то ли человек, то ли непонятно что - в оригинале самозабвенно поедающий насекомых и разглагольствующий о вампирах пациент психиатрической клиники. В общем, если рассуждать логически и отбросить дамские охи-вздохи по поводу и без, получится довольно сопливая драма с более чем заурядным сюжетом (что, кстати говоря, можно сказать и о знаменитом "Франкенштейне" Мэри Шелли, которого дочитать до середины и ни разу не уснуть может только ненормальный).
Фильм "Носферату, симфония ужаса" был снят сразу после первой мировой войны, в годы, когда "зло", как казалось, было побеждено, и потому получился вполне оптимистичным, несмотря на свою зловещую тематику. Мурнау до неузнаваемости изменил образ вампира, который обычно представляется эдаким романтическим героем - и неудивительно, ведь сам Стокер изначально писал не роман ужасов, а готическую дамскую сказочку, списав при этом своего героя не столько с Влада Тепеша, сколько с Оскара Уайльда. В итоге у него получился немного зловещий, но в целом весьма привлекательный и сексуальный персонаж. Таким, к примеру, показал своего Дракулу Фрэнсис Форд Коппола в одноимённом фильме - тоже, кстати говоря, ставшем классическим. Такими же изобразил вампиров Нил Джонсон в "Интервью с вампиром", придав своим героям образы не только загадочные и сексуальные, но даже с лёгким налётом гомосексуальности (и, что удивительно, молодые Брэд Питт и Том Круз смотрятся в этих нетипичных для себя амплуа вполне естественно).
Мурнау же пошёл совершенно другим путём, превратив своего вампира из вечно молодого денди в несчастное и жалкое существо, довольно старое и потрёпанное, как и положено обитателю могил, наполненных зачумлённой землёй, облачённое в видавший виды сюртук; не столько страшное, сколько убогое и смешное. Никаких прекрасных девушек-вампиров, населяющих его таинственный замок, нет и подавно - Дракула Мурнау, а впоследствии и Херцога, вопиюще одинок и по-стариковски зануден, чем-то напоминая гоголевского Плюшкина ("Я не люблю света солнца и громких криков, которые так нравятся городской молодёжи. Я предпочитаю темноту и тень, где я могу побыть наедине с моими мыслями"). Джонатан же у Мурнау вовсе карикатурный - эдакий толстоватый недоумок, который после укуса вампира превращается в какой-то недоделанный труп: то ли пародию на человека, то ли на вампира. Конечно, юмор, насквозь пропитывающий картину Мурнау - это юмор чёрный, местами даже сатанинский, но всё же это юмор. Похожий на грызуна-переростка Дракула, сопровождаемый полчищами крыс и сеющий повсюду чуму, ассоциируется скорее не с вселенским злом, а с какой-то заразной бациллой - опасной и гадкой, но всё же вполне победимой средствами современной медицины. И вообще-то довольно скучной по натуре.
Не таков "Носферату" Херцога, пусть даже Кински и ужасно похож (или похож своей ужасностью) на Макса Шрека, гениально исполнившего упыря у Мурнау. "Призрак ночи" лишён даже намёка на улыбку - в том числе и самую мрачную. Но также он лишён и всякого готического романтизма - если у Стокера и Копполы в Англию (Германию) вампира приводит любовь к девушке, удивительно похожей на его покойную жену, то Носферату является в современный мир скорее ведомый голодом (и правда, предположить у кошмарного персонажа Кински способность любить практически невозможно). Чем, вообще-то, вызывает впечатление существа куда более реального и практичного - если рассудить логически, то какое вечное создание, порождение "человеческого греха и Дьявола", додумается переться через горы и моря ради какой-то юбки?
Весь фильм снят в атмосфере гнетущей кошмарной галлюцинации, напоминающей ранние картины Дэвида Линча (или наоборот - это ранние картины Линча чем-то напоминают работы Херцога), все его герои - заблудившиеся в собственных ночных кошмарах сомнамбулы, бессмысленно шатающиеся по улицам и узким проулкам зачумлённого города. Каждый образ картины прямо-таки сочится нечеловеческим страданием: Джонатан, превращённый Дракулой и полумёртвый призрак, не узнающий собственной жены, Люси, оставшаяся наедине с рехнувшимся мужем в умирающем городе, где по улицам ходят лишь могильщики с гробами на плечах…
"- Мне нужно поговорить с бургомистром.
- Он умер.
- Я знаю, отчего всё происходит. Почему вы не слышите меня?
- Возвращайтесь домой, вам здесь не место. Здесь чума".
И так на протяжении всего фильма. Нарочито спокойные диалоги создают дикий контраст со своим смыслом и какой-то обречённой алогичностью. В этом фильме нет ни воплей, ни истерик, ни даже резких движений. Всё очень плавно и спокойно, сцены сменяют друг друга неспешно, как в фильмах Куросавы. Зрителю даётся возможность до конца прочувствовать напряжение каждого кадра, ощутить боль замкнутых в тюрьме этих кадров героев. И главным образом самого Носферату, который хоть и лишён смешных черт, остаётся карикатурным, убогим и отвратительным. Он производит впечатление существа донельзя скорбного, которому всё уже окончательно опротивело: и жизнь, и смерть, и счастье, и страх… Сам себе герой Кински тоже противен, и, не имея возможности умереть, он исполняет надоевший, уже практически забытый долг. "Вы думаете, смерть - это самое ужасное? Нет, смерть - это ещё не всё. Представьте себе, что вы обречены жить в веках, изо дня в день переживая одни и те же мелочи".
|
 |
 |
..."Призрак ночи" лишён даже намёка на улыбку... |
...Во время путешествия по морю вампир
|
 |
 |
...Прибыв, Дракула даёт Рэнфилду ужасное задание... |
...Апофеозом этого апокалипсического движения
|
 |
 |
...Люси приносит себя в жертву, удерживая
|
...Носферату возрождается в Джонатане -
|
|
Носферату вызывает страх, но по большей части всё же жалость - как удав, он гипнотизирует человечество, заставляя его неумолимо двигаться к собственной гибели. Апофеозом этого апокалипсического движения в фильме можно считать сцену пира во время чумы, когда люди, вынеся стол с яствами на кишащие крысами улицы, предаются веселью среди гробов (эта сцена, кстати, напоминает - в том числе и своей безысходной атмосферой - финальную сцену раннего (1972) фильма Херцога "Агирре, Гнев Божий", в которой вконец обезумевший Агирре остаётся один на плоту, окружённый снующими обезьянками). Персонажи, сидящие за столом - это уже не люди, это только некие существа, когда-то бывшие людьми, и, чтобы переродиться в смерть, им даже не нужен укус вампира. Если присмотреться, то они всегда были такими - апатичными, бездеятельными и покорно подчиняющимися неведомому кукловоду. Возможно, когда-то это был Бог, но когда Бога на его посту сменил Дьявол, они как будто даже не заметили этого… Они сами, под действием кошмарной атмосферы царящего в городе безумия, приходят к гибели, повинуясь клубящемуся в воздухе предчувствию неведомой катастрофы, и не пытаются ей сопротивляться.
Единственным человеком, находящим в себе силы проснуться и попытаться убить вампира, режиссёр делает Люси. Наверное, тем, что она приносит себя в жертву, удерживая вампира на своей окровавленной груди до наступления рассвета, можно было бы и ограничиться, если бы эта роль не была исполнена Изабель Аджани. Пожалуй, это одна из лучших её ролей - она не только затмила собой Бруно Ганца (Джонатан), но и самого Кински, переиграв его драму бессмертия своей личной и социальной трагедией. При этом Херцог меняет сюжет так, что знаменитый доктор Ван Хельсинг, по роману - главный борец с Дракулой, оказывается не более, чем замороченной марионеткой, которую тщетно пытается разгипнотизировать Люси. В конце концов, обнаружив поутру трупы Люси и Дракулы, старый полудурок додумывается забить в сердце вампира осиновый кол, после чего с окровавленным колом в руках сдаётся полиции - эта сцена - самая гротескная в фильме:
Первый чиновник: Вы убили человека?
Ван Хельсинг: Наверное, да.
Первый чиновник второму: Арестуйте его.
Второй чиновник (дряхлый старикашка, по своему возрасту способный составить конкуренцию Дракуле): Не могу.
Первый чиновник: Позовите полицию.
Второй чиновник: Они все умерли.
Ван Хельсинг: А куда вы меня поведёте, если арестуете, а?
Первый чиновник: Наверное, в тюрьму.
Ван Хельсинг: Ну, пойдёмте.
Особое внимание в фильме Херцога следует уделить Рэнфилду, превращённому режиссёром из второстепенного персонажа в одного из главных. Именно Рэнфилд отправляет Джонатана в опасное путешествие, совершенно честно сообщая ему о последствиях: "Ну, это будет стоить вам времени… и денег… и ещё потребуется немного крови, совсем немного". Собственно, врёт он только насчёт "немного". После этого Рэнфилд сходит с ума и, как ему и положено, отправляется в сумасшедший дом дожидаться приезда Дракулы, где терроризирует врачей своими безумными выходками (правда, насекомых он не ест, только мух разводит), но главным образом всё же безумным смехом, от которого становится страшнее, чем от безобразно длинных резцов (!) его призрачного хозяина. Прибыв, Дракула даёт Рэнфилду ужасное задание: "Иди на Север. В Ригу. За тобой пойдут полчища крыс и Чёрная Смерть". Истерически хохоча и строя безобразные гримасы, демонический персонаж скрывается, заслуживая Золотой Пальмовой Ветви или по крайней мере парочки Оскаров.
Заканчивается фильм, как и следовало ожидать, трагически, причём трагедия заключается не столько в смерти Носферату (умерев, он отчего-то вызывает у зрителя очередной приступ жалости, тем более что он не рассыпается прахом и не загорается эффектным пламенем, а так и остаётся лежать в тёмном углу комнаты в позе эмбриона, скорчившись в безнадёжной попытке закрыться от смертоносных лучей солнца), и даже не в жертвенной гибели Люси, сколько в том, что после этого Носферату возрождается в Джонатане - ещё более страшный и зловещий, не обременённый древним страданием и лишённый гипнотической отрешённости своего предшественника. Старинное зло, прибыв в новый для него мир, закономерно трансформировалось в зло современное - более совершенное и безжалостное. То есть фильм демонстрирует не столько борьбу добра со злом и уж тем более не победу над злом, но инициацию зла, переход его на новый разрушительный уровень. В этом смысле фильм Херцога можно рассматривать как мрачное пророчество, не оставляющее зрителю никакой, пусть даже малейшей, надежды. Впрочем, именно такой ведь и должна быть настоящая картина про вампиров… Или картина про настоящих вампиров. /Зорин Л. Ю./ К содержанию
"Страх и ненависть в Лас-Вегасе"
  Как-то, прогуливаясь по городу, я услышал из выставленных на улицу колонок аудио-видеомагазина прекрасную мелодию, очаровавшую меня настолько, что я ворвался в этот магазин и потребовал диск, на котором она "живёт". Им оказался двойной CD, содержащий музыку из фильмов Квентина Тарантино, что, разумеется, только усилило моё восхищение услышанной композицией. Правда, я, хоть убей, не мог припомнить, из какой же она всё-таки ленты, а список трэков на диске сухо уведомлял, что эта мелодия называется "Spy vs. Spy". Но, в конце концов, в этот двойник было запихано много неизвестного мне, так же как и не имеющего к Тарантино никакого отношения - даже фузовый "Грек Зорба" из "Карты, деньги, два ствола".Позже (с опозданием, не скрою, для своего образования), смотря "Страх и ненависть в Лас-Вегасе", я наконец-то услышал оригинал этой мелодии - она (точнее, лишь её часть, не позволяющая в полной мере оценить всю её прелесть) звучала в сцене сборов Рауля Дьюка и его адвоката в Лас-Вегас. Можно было бы, конечно, уточнить - безумной, безбашенной, безбалконной и т. д. сцене, но какой в этом смысл, если весь фильм такой? Право, я чуть не спятил от радости, когда понял, откуда происходит моя любимая мелодия.
Оригинальности ради этим личным воспоминанием вполне можно ограничить рецензию на "Страх и ненависть" - не восхвалять же в миллионный раз работу несравненного Терри Гиллиама (хотя его недавних "Братьев Гримм" я даже под пытками не приму), такого же несравненного Джонни Деппа (хотя паясничает он здесь всё же чересчур, но если Томпсон одобрил, то, значит, так и надо…), чуть менее (для меня, во всяком случае) несравненного Бенисио дель Торо и, наконец, самогò несравненного Хантера Томпсона! "Фразой фильма" тоже особенно не пощеголяешь, потому что кино снято практически один к одному по книге (вот только по ней доктор Гонзо всё-таки не такой отбеленный метис, на которого только и смогли натянуть дель Торо; самоанцы - негры как-никак), а её-то можно сплошняком цитировать. Но пара замечаний у меня всё-таки есть.
Беспределу, который устраивают два друга-наркомана, позавидует любой, кто хоть раз в жизни словил кайф от наркотиков. Или тот, кто просто любит беспредельничать. Тянет, знаете ли, устроить что-нибудь подобное - если не по размаху (уж больно много средств для этого нужно, или "кормушку" - свиноматку - солидную), то хотя бы по испытываемому драйву (чуть не сказал - угару). Но тут-то, как неправильно говорится, "собака и порылась": в своё время Томпсону и Оскару Зете Акосту (прототипу доктора Гонзо) очень (да какое там, прямо так и скажем - охуенно) повезло, что, подняв на уши весь город, они вышли сухими из воды. У нас на Руси принято говорить, что пьяных бог (или ангел) бережёт, поэтому они (пьяные) и выпутываются из положений, из которых трезвые вряд ли бы вышли с гордо поднятой головой. Может, их (трезвых) вперёд ногами вынесли бы там, где пьяные как пить дать проскочат. Так вот, этот лас-вегасский бог - он, пожалуй, сто очков вперёд даст нашему, об алкоголиках заботящемуся. У нас такой фейерверк скорее всего совершенно не прокатит. И потом, ведь не всегда он (бог-хранитель пьяных-обдолбанных) стоит на своём боевом посту. Не всегда смотрит в нужную сторону. И не всегда - почему-то - вообще хочет помогать. Так что лишний раз подумаешь, прежде чем "зажигать по полной программе". С этой точки зрения "Страх и ненависть" - фильм о фантастическом везении, которое выпадет далеко не каждому. Чёрта с два "Страх и отвращение в Лас-Вегасе" стал бы культовой книгой, если бы славных нарков-отморозков сцапали во время очередного бесчинства. Так что везение, везение и ещё раз везение. Или такой вариант: "И сейчас, чувствовал я, остаётся лишь надеяться, что мы дошли с нашими выходками до такой крайности, что никто из тех, кто способен занести над нами карающий меч правосудия, просто не сможет во всё это п о в е р и т ь " (стр. 281, М.: АСТ, 2005). Можно, конечно, вообще ничего не употреблять и тем более не делать.
|
 |
 |
Инспекция запасов |
Ужасный глюк в баре гостиницы |
 |
 |
Битва в ванной |
Пробуждение |
 |
 |
Доктор Гонзо в своём кабинете |
Суд над извращенцами (глюк) |
 |
 |
Это ж надо было так обдолбаться |
Это ж надо было так обдолбаться |
|
Второе замечание касается американского флага - он постоянно мелькает в кадре. Так как "Страх и отвращение" переживались и создавались во времена правления Никсона, а этого деятеля, как известно, тогдашние представители наркокультуры (полноценного подразделения субкультуры) на дух не переваривали, но в то же время современные создатели фильма открыто глумиться над звёздно-полосатым не могли (да и не хотели, скорее всего), то смысловая нагрузка у него получилась традиционно-патриотической пополам с безобидным подтруниванием. Впервые сине-красно-белый появляется в кадре, когда Дьюк открывает багажник большого красного "шевро", чтобы проинспектировать наркозапасы - аккуратно сложенный флаг лежит как раз рядом с "волшебным чемоданчиком". Когда Дьюк рассказывает хитчхайкеру (или самому себе) историю, как они с Гонзо оказались в этой машине, мелькает сцена пьяного угара друзей-наркоманов на ночном пляже - Дьюк накидывает флаг на плечи, словно это полотенце, и вытанцовывает - вроде ничего оскорбительного. Но есть ещё и маленький флаг - он обычно и появляется время от времени в "непристойном" виде (так-то друзья таскают его с собой постоянно). Сначала в сцене, когда Дьюк дышит эфиром - он пропитывает им звёздно-полосатый ("Почему бы и нет?") и жадно вдыхает испарения. Потом, уже во втором гостиничном номере, друзья пробуют адренохром ("вытяжку из шишковидной железы"), и во время начала прихода Дьюк прикрепляет его себе на вороте на манер столовой салфетки. На пике же прихода он накрывается большим флагом - и выныривает из-под него, когда номер уже капитально разгромлен. Вообще, во всех (т. е. в двух) гостиничных номерах нарки вывешивают большой флаг чуть ли не по центру комнаты, но, как бы они ни разносили свои временные жилища, с флагом ничего не происходит - даже капли кетчупа и уж тем более блевотины не попадает на него. Фактически государственный флаг США в "Страхе и отвращении" - святыня. В один момент, при беглом обзоре разгромленного гостиничного номера (второго), можно даже увидеть арт-инсталляцию флага - звёздами в ней служат высушенные морские звёзды, прикреплённые рядами к стенке (уж не "приплыли" ли они из глюка в баре первой гостиницы?), а из чего сделаны полосы - не разобрать. В финальной же сцене фильма, когда Дьюк мчится по шоссе в раздолбанном белом "коупе да вилле", флаг гордо реет на ветру, прикрывая собой половину автомобиля (в книге такого, разумеется, нет). Учитывая предшествующий этой сцене монолог Дьюка, который только и остаётся, что расценивать антинаркотическим (чего в книге, разумеется, тоже нет), её можно понимать как патриотическую установку подрастающему поколению, охочему до наркотиков: мол, вы гуляйте, но не забывайтесь… Звёздно-полосатый гордо реет также в глюке суда над двумя наркоманами-извращенцами ("Кастрировать!"), мелькает он и в других эпизодах, но это уже не так интересно.
Вот и всё - о шедеврах или всё, или ничего. В завершении, так как "фразу фильма" мы отменили, объявим "эпизод фильма" (в книге его нет): когда в самом начале в ресторане карлик-официант (карлики, кстати, так же, как и американский флаг, мелькают на протяжении всего фильма) приносит Дьюку розовый телефон, он не уходит, но стоит рядом с разговаривающим (т. е. слушающим) журналистом и ждёт чаевых. И что же? Джонни Депп со своим неизменным мундштуком, т. е. Рауль Дьюк со своим неизменным мундштуком достаёт пригоршню мелочи, показывает её карлику - и швыряет на пол! /Ник Фоменков/ К содержанию
P. S. Доведшую меня до "Страха и ненависти" композицию "Spy vs. Spy" исполняют COMBUSTIBLE EDISON - но это название мне ничего не говорит. А фразу фильма я всё-таки приведу - её тоже нет в книге. Когда Дьюк посадил Гонзо на самолёт, он меланхолично заметил: "Один мутант, не рассчитанный на массовое производство. Слишком дикий, чтобы жить, слишком редкий, чтобы сдохнуть".
P. P. S. А у Тарантино "Spy vs. Spy" всё-таки звучит - в "Четырёх комнатах" (1995).
"Бункер"
"Если моя нация не способна пройти через это испытание,
 Этот фильм - пожалуй, наиболее яркое кинособытие последних нескольких лет, хотя в России особенно бурной реакции на него не последовало. А странно, могла бы и последовать. Как-никак, Россия - как бы это помягче выразиться… страна, имеющая самое непосредственное отношение к отражённым в фильме событиям. Но наша публика инертна - это в Китае весь народ, не сговариваясь, способен выйти на улицы и устроить бунт по поводу школьного учебника, в котором неверно отражены исторические события. Представляете подобную ситуацию у нас? Она невозможна, нереальна и непредставима. "Мы" в широком смысле относимся к тому типу личности, который за закрытыми дверями очень любит блеснуть радикальными взглядами, а едва завидев форму какого-нибудь задрипанного блюстителя порядка, мигом превращается в самого покорного и самого трепетного служителя существующей на данный момент власти. Что уж говорить о реакции на какой-то там фильм какого-то мало известного режиссёра. Ну, конечно, в прессе было написано несколько стандартных рецензий на тему того, как "Гитлер сварился в кастрюле", и всё. Ничего особенного. Ничего, на что стоило бы обратить внимание.Тема, конечно, далеко не новая - с разной степенью достоверности о том, как в апреле 1945 года фюрер прятался от бомбёжек в бункере под Рейхстагом, праздновал там свой день рождения, женился на Еве Браун и затем покончил с собой, ещё в 1955 году был снят немецкий фильм "Последний акт" ("Der Letzte Akt"), а затем, в 1972-м, советский "Освобождение". А уж просто о Гитлере и его несостоявшемся "Тысячелетнем Рейхе" картин и вовсе не счесть - одни из них зрелищны, другие - не очень, одни трагичны, другие - смешны, одни представляют фюрера свихнувшимся кровожадным маньяком и извращенцем, другие - опустившимся эгоистичным ничтожеством… Объединяет все эти фильмы одно - среди них нет ни одного правдивого, как и среди любых других фильмов о политике. И дело тут вовсе не в некомпетентности режиссёров, сценаристов и актёров, просто политика - это такая штука, которая сама постоянно лжёт и, рассказывая про которую, невозможно не наврать. Так и хочется ответить на всё это фразой Гитлера: "Не желаю слышать о политике".
Тот, кто не присутствовал в бункере лично, естественно, не может судить о достоверности "Бункера" (в оригинале фильм называется "Der Untergang" - "Крушение"). Но почти с абсолютной уверенностью можно утверждать, что и он недостоверен. Конечно, всё было не так, пусть и снят он по книге Траудль Юнге, последней стенографистки и машинистки фюрера, которая оставалась с ним до конца. Так или иначе это только интерпретация описанных в книге секунд, минут, часов, дней… десяти дней… Интерпретация интерпретации событий 22-х летней девушкой, которая не только слабо разбиралась в политике, но и просто не понимала, что вокруг неё происходит. За эту интерпретацию интерпретации беднягу Хиршбигеля некоторые особенно рьяные журналисты заподозрили в симпатиях к нацистской идеологии. Действительно, чтобы не прослыть фашистом, он должен был снять что-нибудь наподобие "Списка Шиндлера" - лживого настолько, что на него подали бы в суд не только семьи нацистов, но и семьи пострадавших от Холокоста евреев. Зато всё было бы по канону. Фашисты - сорвавшиеся с цепи звери, русские - доблестные освободители, евреи - несчастные пострадавшие (последнее - это как раз самое близкое к истине). Ещё можно было поместить на обложке карикатуру на Гитлера - ту, где он сидит на горе костей и закусывает какой-то из жертв. Это чтобы было совсем уж… "правдиво".
Но режиссёр и в большей степени актёр Бруно Ганц, изображающий Гитлера, "повинны" в том, что показали фюрера просто человеком - отчаявшимся, загнанным в угол, полубезумным, но вовсе не отвратительным монстром и не моральным уродом. Даже когда он отдаёт немыслимые приказы и произносит пламенные речи о том, что его народ, проигравший войну, должен умереть, он не вызывает отторжения и не кажется злобным маньяком - скорее утопистом, потерявшимся в своих грандиозных мечтах и отказывающимся спуститься на землю вопреки уговорам окружающих его соратников. Нет, конечно, Хиршбигель - не первый, кто решился снять фильм о человечных нацистах, достаточно вспомнить Шелленберга в исполнении Табакова из "Семнадцати мгновений весны" или Амона Гёта из того же "Списка Шиндлера" - ну да, "злодеи", конечно, но всё же не карикатуры на людей, и вроде бы даже вызывают сочувствие. Но чтобы самого Гитлера - такого ещё не было. Чтобы сам Гитлер, ласково улыбаясь, говорил стенографистке: "Не волнуйтесь, пожалуйста, я ведь делаю так много ошибок, когда диктую, что вам всё равно не удастся сделать их больше, чем мне", чтобы сам Гитлер плакал, когда ему пришлось отравить любимую собаку - это неслыханно. Это пахнет трибуналом.
Гитлер Бруно Ганца нервничает, переживает, сочувствует близким и успешно подавляет это сочувствие, прикрываясь громкими лозунгами типа: "Пожалеть слабого - значит совершить предательство по отношению к природе", мечется между фантазиями и реальностью, отдаёт приказы несуществующим армиям и безмерно страдает. Может быть, реальный Гитлер был вовсе не таким - да, скорее всего, он был не таким, - но этот киношный Гитлер вызывает почти симпатию, как ребёнок, у которого вдруг отобрали любимую игрушку, и он теперь кричит, что его "предали". Конечно, это он всех предал - предал, как ни странно, своей собственной слабостью (это он-то, который всегда боролся со слабостью), проиграв войну. Но, хотя проигравших и судят, а победителей, как известно, нет, очень трудно дать однозначную оценку этому человеку. "Он бывает то очень добрым, хорошим, то вдруг кричит на всех и отдаёт приказы о расстрелах", - говорит Юнге. "Да, это когда он снова становится фюрером", - отвечает Ева Браун. А иначе и быть не может - оказавшись у власти, человек просто не имеет права не быть чудовищем. Иначе его сожрут другие, иначе его народ будет порабощён и так далее - как бы банально это не звучало, так оно и есть. Может быть, вина Гитлера в том, что он оказался недостаточно жестоким, а вовсе не наоборот. Убил бы побольше и не жалел бы свою собаку - может быть, и построил бы свой "Тысячелетний Рейх". Стал бы великим завоевателем (как будто Александр Македонский мало народа погубил, хотя, конечно, он фигура сам по себе гораздо более привлекательная, чем Гитлер, тут и говорить не о чем, но всё равно - убивал же), а так добился разве что статуса выдающегося серийного убийцы с кучей фрейдистских комплексов. Но это всё отходит на второй план, когда смотришь "Бункер"…
|
 |
 |
Награждение бойца из Гитлерюгенда - конечно,
|
Генрих Гиммлер |
 |
 |
Прощание Гитлера |
Выход |
 |
 |
Прощание с Гитлером |
Йозеф Геббельс - почему-то больше похожий
|
 |
 |
Снова выход |
Профессор Эрнст Шенк |
|
Ещё один совершенно неканонический персонаж в фильме - Йозеф Геббельс. Можно сказать, что эта фигура является как бы полюсом атмосферы мрачной потерянности и обречённости, которой проникнут весь фильм. Болезненно худой, с упрямо сжатым тонким ртом и горящими глазами фанатика Геббельс - вот кто настоящий фюрер. Он не кричит, не паникует, не защищается лозунгами - он просто сосредоточенно ждёт смерти и теряет самообладание лишь в тот момент, когда Гитлер отдаёт ему приказ покинуть Берлин. Оскорблённый этим приказом министр пропаганды, обливаясь слезами, заявляет: "Я никогда не нарушал приказов моего фюрера, но этот приказ я выполнить не могу". Тем не менее, когда сам фюрер принимает решение покончить с собой, Геббельс практически никак не реагирует. Точно так же он сохраняет самообладание, когда его жена даёт яд их шестерым детям, когда стреляет в неё саму и когда пускает пулю себе в висок. И именно Геббельс, а не Гитлер, произносит окончательный приговор германскому народу: "Мы ни к чему не принуждали немецкий народ. Они сами вручили нам власть. А теперь летят их бестолковые головы".
Вообще в этом фильме практически каждые пять минут кто-нибудь стреляется, принимает яд или вешается - и всё это похоже на какой-то сюрреалистический страшный сон, от которого герои не в силах проснуться. Происходящее на экране лучше всего описать словами: Бог умер, наступил конец света и все сошли с ума. Причём, что самое ужасное - непонятно, почему это происходит. Русские появляются только в самом конце - зря появляются, потому что это немного ломает ощущение тотального хаоса и безумия, когда немцы стреляют, жгут документы, убивают мирных жителей… как будто без всякой на то причины, как будто заражённые каким-то странным вирусом всеобщего помешательства… Чёрт знает почему.
И в этом Аду выделяется ещё один персонаж - некая противоположность скрывающимся в бункере вождям нации - профессор Эрнст Гюнтер Шенк (Кристиан Беркель). Сохраняющий самообладание не хуже Геббельса (а, может, даже лучше), Шенк спасает раненых, ищет медикаменты, пытается помочь всем и каждому, бесстрашно бросаясь под пули, но при этом честно заявляет, что вовсе не хочет умирать. И эта его воля к жизни восхищает ничуть не меньше, чем готовность остальных умереть за идею. "Вот ведь упрямый козёл", - восхищённо замечает немецкий офицер, когда Шенк лезет в захваченный русскими госпиталь в поисках лекарств, - "он же мог послать туда меня". Опять же, Оливер Хиршбигель не идёт на поводу у традиции и не изображает Шенка ни одержимым наукой "ботаником", ни занюханным интеллигентиком-гуманистом - напротив, Эрнст выглядит как-то даже гипертрофированно по-нацистски, он носит военную форму и в случае необходимости ампутирует конечности обыкновенной пилой. Наверное, из-за этого натурализма и даже некой брутальности образа Шенк вызывает ещё большее уважение - мы бы на месте критиков, осуждающих фильм за "очеловечивание нацистов", обратили бы внимание именно на уважаемого доктора, нежели на самого фюрера. Но, опять же, кому какое дело до какого-то доктора - никто же, в конце концов, не утверждает, что в Германии белые халаты носили исключительно психопаты вроде Менгеле. Были, наверное, и "хорошие" доктора. Собственно, это разделение на "плохих" и "хороших" и приводит к повсеместному вранью - ну не бывает, не бывает ни "плохих", ни "хороших", есть только люди - и всё. Со свойственными людям достоинствам (их обычно немного) и недостатками (их обычно хоть отбавляй). Хиршбигель сумел это показать, за что ему честь и хвала, и ни при чём тут никакие "симпатии к нацистам" и прочий псевдо-гуманистический бред…
Классный фильм - во всех отношениях. И операторская работа, и декорации (кстати говоря, сцены разрушенного Берлина снимались в Санкт-Петербурге - получилось очень натуралистично), и актёрское мастерство, и диалоги - всё здесь на высоте. Что до правды… Да кому, в сущности, есть дело до правды, когда речь идёт о войне? Война - она сама себе правда. /Зорин Л. Ю./ К содержанию
P. S. Фраза фильма: "На такой войне не бывает гражданских лиц".
"Счастливое число Слевина"
 После "Кислотного дома" Пол МакГиган снял уже несколько фильмов, но только со "Счастливым числом Слевина" он вновь оказался в зените славы. Этот триллер пополам с чёрной комедией, переходящий в драму со счастливым концом, смотрится, выражаясь штампами, на одном дыхании, предугадать развитие, опять же, выражаясь штампами, лихо закрученного сюжета, практически невозможно, если только вы не съели собаку (третий штамп) на кинематографе и можете с лёгкостью перебирать все возможные варианты (ведь их число конечно при любом исходе дел). Но даже если вы попадаете под эту ситуацию, не стоит отчаиваться, потому что в любом случае вам остаётся обыкновенное наблюдение за героями: зная, что в реальности стоит за их словами и поступками, очень интересно вылавливать их "двойную игру". Уверяем вас, смотреть по второму разу этот фильм ещё увлекательнее, чем "Бойцовский клуб" (тоже, разумеется, по второму разу).В общем и целом фильм, конечно, является сказкой ещё почище "Прирождённых убийц": где это видано, чтобы наёмный убийца не просто не выполнил заказ, но ещё и забрал на воспитание свою жертву - маленького мальчика. Разумеется, такого "злодея" следует поручить играть актёру с соответствующей репутацией. И, пожалуйста - несравненный Брюс Уиллис. Т. е., сначала радуешься, что Брюс наконец-то играет ещё одного "плохого парня" (первый - в "Шакале"), но потом всё встаёт на свои места - Брюс, оказывается, играет "хорошего парня", стоящего на защите справедливости.
Слова, обращённые им в начале фильма телу только что убитого Ника Фишера ("обыкновенного неудачника", которого он и его напарник решили цинично использовать), становятся понятными только в конце: "Прости, что так вышло, сынок. Иногда жизнь - это не просто существование. Кроме того, какой же «канзасский мухлёж» без трупа?" Вот это "Иногда жизнь - это не просто существование" должно указывать на - вы будете смеяться, но иначе не скажешь - на душевность героя Брюса Уиллиса, на то, что он действует, повинуясь сердцу, а не холодному расчёту. Сказка? Конечно, сказка.
(Что такое "канзасский мухлёж"? Ну, это смотреть надо. Выражаясь же словами героя Брюса, это когда "все смотрят налево, а ты идёшь направо".)
Больше всего Уиллис в этом фильме похож на самого себя из "Героя-одиночки" ("Last man standing" в оригинале, 1996), снятого по мотивам рассказа Акиры Куросавы: тот же имидж (бандюган, бьющийся с оборзевшими бандюганами, и из-за этого становящийся "хорошим парнем"), та же тактика (лавирование между двумя враждующими группировками, их ещё большее стравливание, вплоть до полного уничтожения), тот же прикид (ну, почти - шляпа, во всяком случае, одна и та же), даже фамилия та же - в "Герое-одиночке" герой Уиллиса называется Джоном Смитом, и в "Счастливом числе Слевина" главарю негритянской мафии по прозвищу Босс он представляется Смитом: "Босс: «Послушайте…» - Гудкэт: «Смит!» - Босс: «Мистер Смит…» - Гудкэт: «Просто Смит!»". Джон Смит, помнится, тоже немного хамовато называл свою фамилию.
Настоящего имени "Смита" зритель так и не узнаёт - ему только сообщается, что у наёмного убийцы прозвище Гудкэт - Хороший Кот (Good Cat). Нарочито несерьёзное имя. Или прикол такой у наёмников. Спасённый и взращенный им Слевин (по настоящему его зовут Генри), судя по всему, тоже претендует на титул убийцы-профессионала. Прозвище, во всяком случае, он взял. И очень поэтичное: Келевра. На самом деле Келевра на иврите означает "Плохой Пёс". Т. е. налицо явное противопоставление имён "отца" и "сына". Однако, оно ни в чём себя не проявляет и не обнаруживает.
Роль Слевина Келевры исполняет Джош Хартнетт - он играл в таких нашумевших фильмах, как "Самоубийство девственниц" (1999) и "Перл-Харбор" (2001), но нам, разумеется, гораздо интереснее его эпизодическая роль в "Городе Грехов" - там его героя звали просто Мужчиной (The Man), и он появлялся в самом начале и в самом конце, чтобы расправиться с одинокими красавицами.
В "Счастливом числе Слевина" Хартнетт до ужаса похож на Брэда Питта, особенно в сцене убийства букмекера другого мафиозного главаря - Раввина (для своих - Шлём) - он там небритый и в "менингитке". А некоторыми кадрами, там, где он красуется с рассечённым носом - так и вовсе на Данилу Багрова в исполнении Сергея Бодрова. Слевин-Хартнетт похож на Багрова-Бодрова не только внешне - он такой же честный парень, стремящийся восстановить справедливость, и не останавливающийся ради этого перед преступлением закона. Лапочка, одним словом.
Впрочем, в соответствии с негласными законами кино, да и жизни, пожалуй, Слевин имеет на это полное право - ведь он мстит за отца, убитого много лет назад Боссом и Раввином. (Морган Фриман, сыгравший Босса, считается знаменитым актёром, но для нас, конечно, он в первую очередь ассоциируется с фильмом Финчера "Семь", в котором исполнил роль детектива Сомерсета. Уж не знаем, может, его участие и стало причиной того, что в США на афишах название фильма писалось не иначе как "Lucky Number S7evin". Бен Кингсли, сыгравший Раввина, тоже причисляется к звёздам, но мы ничего из его послужного списка выделить не можем.) Макс (отец Генри-Слевина) тогда решил рискнуть и поставил на карту всё - как сказал о нём Гудкэт: "Он был скорее усталым, чем старым. Усталым от беспросветной жизни. Он устал просыпаться и осознавать, что его мечты - всего лишь мечты". Понятное дело, у Макса ничего не получилось. Его убили. Его жену тоже (её убийцей был будущий детектив Бриковский). Убили бы и сына, но на это дело наняли Кудкэта, а тот оказался не таким уж и злодеем.
|
 |
 |
Слевин убивает Фею |
Гудкэт убивает его охранников |
 |
 |
Слевин и Гудкэт взрывают квартиру Феи |
Линдзи якобы убита (Гудкэтом) |
 |
 |
Гудкэт и Генри |
Слевин |
|
Да какое там злодей! Финал фильма побуждает зрителя пристально вглядываться в персонажа Брюса Уиллиса, пытаясь разобрать нимб над его головой: вопреки правилам наёмных убийц он отпускает на все четыре стороны не только Слевина, но и его подружку, которая фактически раскрыла его. В "Счастливом числе Слевина", как и в большинстве модных экшенов, главная героиня одна, так что несколько мужчин обречены в большей или меньшей степени виться вокруг неё (как минимум контактировать с ней в порядке выполнения служебных обязанностей). Её играет Люси Лю. Надо заметить, что, сыграв романтическо-комедийного персонажа Линдзи, она выступила в странном для себя амплуа. Зрителю гораздо привычнее видеть её, размахивающей мечом или владеющей каким-нибудь другим оружием: Алекс Мандей в первых и вторых "Ангелах Чарли" (2000 и 2003), О-Рен Ишии в первой части "Убить Билла" (2003), Тэрин Милс в "Домино" (2005).
Эта Линдзи - Мисс Очарование ещё та, вот только непонятно, чего же она тогда путалась с отъявленным игроком и неудачником Фишером, в квартире которого оказался Слевин? А она с ним путалась, коли заходит к нему в квартиру без приглашения и без стука. Также хотелось бы всё-таки знать, чего такого наобещал ей Слевин, что она, человек закона (в судмедэкспертизе, как никак, работала), бросила свою стабильную жизнь и отправилась чёрт знает куда с человеком, который вообще не числится в списке живых и на котором висит куча трупов? Любовь с большой буквы? А, понятно. Вот таких дурачков и отпустил Гудкэт: "Слевин: «Как ты узнал о нас?» - Гудкэт: «Я убийца мирового класса, придурок»". Сказка!
Но, хоть и переполнен этот фильм патокой просто донельзя, она совершенно (ну, почти) не чувствуется - настолько классно снято "Счастливое число Слевина". Бесспорно, чувствуется влияние Тарантино. И не только в бесподобных диалогах (если быть точным, то их можно определить как диалоги из фильмов Тарантино, смешанные с диалогами из французских кинокомедий с участием, например, Луи де Фюнеса), и не только в режиссёрских, сценарных и операторских приёмах (в частности, когда при знакомстве Слевин рассказывает Линдзи о том, какие на него якобы обрушились напасти, его рассказ оформляется откровенно под Тарантино), но главным образом в культе кино, установленном в этом фильме. Когда Слевин и Линдзи наперебой обсуждают бондиану - это 100 % Тарантино (сцена вообще почти полностью списана с "True romance"). Когда Рабби начинает объяснять Слевину, что ситуация, в которую он попал, схожа с той, в которую попал главный герой "На север через северо-запад" ("North by Northwest") Хичхока - это тоже Тарантино.
В "Счастливом числе Слевина" можно увидеть влияния и других известных фильмов (ну, хорошо, параллели). Например, привязанные к стульям Босс и Раввин, с которыми Слевин вот-вот расправится, напоминают общую структуру "Пилы". Другой пример: когда Босс и Раввин нанимают Слевина (т. е. Ника Фишера) на деликатные задания, Гудкэт маячит чёрным призраком на балконе (Босс и Раввин живут в пентхаусах - особняках на крышах небоскрёбов, размещённых друг напротив друга), да он там вообще постоянно ходит на заднем плане - это немного напоминает секундные появления Тайлера в начале уже упоминавшегося "Бойцовского клуба".
Нам осталось обратить внимание только на два обстоятельства. Во-первых, декорации. Действие фильма происходит в основном в помещениях, и узоры на их стенах (в первую очередь на стенах коридоров) такие, словно их создал какой-то матёрый абстракционист. Или словно по этим помещениям ходишь в кислотном отходняке, особенно в истории злоключений Слевина, которую он рассказывает Линдзи.
Второе обстоятельство пустяковое, но тем не менее. В сцене, когда Слевин входит к Ицхаку-Фее, сыну Раввина, чтобы убить его, примечательна операторская работа: через стеклянно-зеркальный шкафчик Слевин как бы преломляется - этот приём повторен дважды.
В общем, фильм - брехня, но смотреть - одно удовольствие. /Ник Фоменков/ К содержанию
P. S. Фразы фильма: "Наверняка до разбитого носа тебя довёл твой рот", - Элвис (человек Босса) Слевину; "Почему «Раввин»? - Потому что он раввин", - диалог Слевина и Босса; "Моя религия запрещает убийство, но убить тебя, пока ты не убил меня, будет… - Кошерно? - Приемлемо", - диалог Раввина и Слевина; "Тебе повезло, потому что моя дружба продаётся", - Гудкэт Раввину.
P. P. S. Сцена фильма. Келевра убил Ицхака-Фею у него дома и, когда в комнату вошёл Кудкэт, отправился вниз в гараж за трупом убитого ранее Ника Фишера, чтобы подбросить его к трупу Феи. Кудкэт остаётся на месте, чтобы разделаться с охранниками Феи - они должны появиться из соседнего помещения, разнеся стенку, после того как их подопечный нажмёт кнопку на своём медальоне (Звезде Давида). Кудкэт нажимает её и встаёт лицом к стене, откуда должны выскочить охранники, нацелив на неё два пистолета. В этот момент возвращается Келевра с трупом, он с грохотом открывает дверь - но Кудкэт не реагирует, он по-прежнему смотрит на стену. В следующее мгновение та взрывается, и в комнату выскакивают охранники - почти мгновенно они изрешечиваются. Снова тишина. Слевин: "Однако".
"Кабинет доктора Калигари"
Вы верите в Дьявола? Да? Тогда вам незачем смотреть этот фильм - ведь вы и так всё знаете… Нет? Тогда обязательно его посмотрите - и тогда непременно поверите. Только обязательно смотрите внимательно от начала до конца, потому что… Нет, впрочем, я не буду говорить, почему… Пусть это останется тайной. Ведь в нашем мире высоких технологий, погони за деньгами и нелепых попыток возрождения давно почившей в бозе духовности осталось так мало тайн. Их нет - всё решено, а то, что ещё не решено - то обещают в скором будущем решить. Мечты измельчали - никто уже не ждёт новых идей - ни в науке, ни в искусстве… а те, кто ждут - они лгут… обманывают сами себя. Они в буквальном смысле превратились в безнадёжных мечтателей. Мы живём в тот самый период, когда постулат "новое - это хорошо забытое старое" грозит стать неопровержимой истиной и приобретает мрачный, зловещий оттенок. Да, вот она - пресловутая цикличность… Ничего экстраординарного не произойдёт, ничто не изменится, и люди уже думают не о рождении новых мыслей, а о более выгодном применении старых. И они начинают "понимать", что задавание вопросов о сокровенной сути вещей, о происхождении мироздания - словом, философских вопросов - глупо и бессмысленно. Все и так знают, что Земля круглая, а что там было до этой круглости - это их мало волнует.
Даже сумасшедшие теперь скучные - тот сошёл с ума от того, что пересмотрел рекламы, другой свихнулся на почве бразильских сериалов, третий выбросился из окна после крушения своего бизнеса… Скучно… Очень скучно. Век информации поглотил нерешённые загадки, интернет в ответ на запрос "смысл жизни" выплёвывает тысячи ссылок; Хаос, Светоносный эфир и флагестоны отброшены наукой, как лишние сущности. Ничего не осталось. Осталось море мёртвым грузом лежащих знаний, обезумевший от капиталистической лихорадки средний класс и развлекающие его дядьки с автоматами Калашникова, воюющие за далёкие горы по ту сторону экранов телевизоров. Те дядьки, вроде бы, верят в какие-то непонятные Высшие Силы и пытаются пóтом и кровью отстоять свою веру - иногда мне начинает казаться, что на самом деле их не существует, а есть только их бесплотные образы, спроецированные изголодавшимся до настоящей Веры массовым подсознанием. Потому что хоть и говорят многие, что в мире начался Апокалипсис, на самом деле этот мир опротивел даже Сатане. Некому вершить Апокалипсис, некому им заняться - скорее всего, мы просто утонем в скучном болоте обыденности, так и не дождавшись какой-нибудь особо мощной атомной бомбы, могущей быстро и эффектно стереть всё живое с лица Земли.
Мир не сошёл с ума - нет, мир сейчас отвратительно, до тошноты нормален. Подавляющее большинство людей превратились в законченных материалистов, причём материалистов не в смысле философском, а в самом что ни на есть… материальном. Даже искусство - и то стало материальным. Например, могут нарисовать доллар и назвать это "картиной". И выставить в музее. Или… Или снять фильм по мотивам нашумевшей книги - только для того, чтобы заработать денег. Или написать книгу по мотивам нашумевшего фильма - только для того, чтобы… Обидно, конечно, становится за всё - и за кинематограф в том числе. Потому что, несмотря на свою сугубо развлекательную первичную роль, кино за всё недолгое время своего существования успело превратиться в настоящее Искусство и теперь, вместе с самой душой мира (вы ведь, конечно, не отказываете миру в наличии у него души?) скатывается обратно - на уровень "зрелищ", к которым в качестве хлеба прилагается ведёрко поп-корна и стакан кока-колы. "Вот мы и в будущем", - как говорил герой какого-то фантастического боевика. Наше будущее наконец стало нашим настоящим.
Но всё же у современного человека есть шанс переместиться в прошлое и увидеть мир таким, каким он был в эпоху технических революций, великих открытий и кровопролитных войн за идеи. Или не увидеть, а почувствовать. И для этого не нужно строить машину времени или пытаться вызвать духов, которым вряд ли хочется возвращаться сюда из мест гораздо более интересных и приятных. Для этого достаточно всего лишь разыскать в каком-нибудь не очень коммерческом видеосалоне (такие обычно располагаются в затхлых подвалах старых зданий) кассету или DVD с фильмом Роберта Вина "Кабинет доктора Калигари", выкроить вечер или ночь, и в полном одиночестве, тишине и покое провести его перед экраном, не отвлекаясь на суету, царящую вне пространства, ограниченного четырьмя стенами вашей комнаты.
И тогда на экране - на этом продукте мысли романтиков прошлого, превращённом потребительским обществом в окошко, прорубленное в общем мусоропроводе сознания - на экране восстанут призраки, и наивные декорации превратятся в улицы погребённого песками времени города, и незамысловатый сюжет заставит размышлять и задавать себе бесконечные вопросы, хотя развязка - вот она, как на ладони… А если вы обладаете богатой фантазией и живым воображением, не замутнёнными голливудским мылом - тогда вы будете замирать от неподдельного ужаса там, где привыкший к спецэффектам обыватель лишь снисходительно улыбнётся… И, поверьте, ваш ужас… нет - ваш Ужас - он будет самым честным и неподдельным, ваше удивление - самым искренним, а сами вы только силой своей мысли сможете отправиться в настоящее путешествие во времени, и вам не нужны будут всевозможные проповедники и маги, коих во множестве развелось в наш голодный до сверхъестественного век.
|
 |
 |
 |
 |
 |
 |
|
Сюжет фильма действительно прост - в маленький городок на ярмарку приезжает фокусник - доктор Калигари (Вернер Краус), выставляющий свой экспонат - сомнамбулу по имени Чезаре (Конрад Файдт). Чезаре якобы предвидит будущее, и все его страшные пророчества вскоре сбываются - в городе начинается череда загадочных убийств. За расследование этих преступлений и берётся рассказчик (Фридерих Фехер)… Что же происходит дальше, я рассказывать не стану, потому что тайна - она и должна оставаться тайной, иначе какой от неё прок? Ведь всё в этом фильме вроде бы ясно и понятно, и в то же время вызывает сомнение, полностью отвечая определению фантастического: фантастическое / мистическое в искусстве есть то, что вводит зрителя / читателя в заблуждение относительно объяснения естественности причин происходящего (вольная цитата по книге Ю. В. Каминской "Романы Густава Майринка 1910-х годов", СПб., 2004). То есть смотря качественный мистический фильм, вы никогда не сможете с точностью судить о рассказанной в нём истории - вызвана ли она естественными причинами, или же сверхъестественными. Этот фильм - качественный.
"Кабинет доктора Калигари" можно было бы назвать детективом - детективом фильм является в той же степени, что и "Убийство на улице Морг" Эдгара По. Можно его назвать и мистикой - в той же степени, что и "Растения доктора Синдерелы" Густава Майринка. А можно, пожалуй, и психологической… или психиатрической драмой. При любом рассмотрении этого кинопроизведения на первый план так или иначе выступает безумие, причём безумие не отдельно взятого человека, но всех героев вообще. Действие как будто разворачивается в клинике для душевнобольных, и становится не совсем понятно, кто из персонажей - настоящая сомнамбула… Быть может, все они двигаются и говорят под действием некоего странного заклятия, наложенного на них древними и могущественными силами? Убивает ли их чья-то злонамеренная рука, или же они сами губят себя своими смутными страхами и опасениями? И кто такой этот таинственный доктор Калигари? Быть может, это сам Дьявол, принявший обличье мерзкого старика? Да, вы поверите - во всё это поверите, если у вас хватит сил отвлечься от реальности и прожить полтора часа совсем иной - возможно, несколько сомнамбулической, жизнью. Но в любом случае - от скуки вы излечитесь.
Роберт Вин как режиссёр выпустил совсем немного картин - пожалуй, из других его работ можно отметить только "Раскольникова", снятого по "Преступлению и наказанию" Достоевского и до сегодняшнего дня считающегося одной из лучших экранизаций этого произведения. С "Кабинетом доктора Калигари" "Раскольникова" роднит та же жуткая, больная атмосфера и, конечно, потрясающая игра актёров. Вообще, смотря классические чёрно-белые фильмы таких режиссёров, как Фридрих Вильгельм Мурнау, Роберт Вин или Пол Вегенер, не устаёшь поражаться способам, с помощью которых актёры передают зрителю свои эмоции.
"Кабинет доктора Калигари", напоминающий больше не фильм, а некую гротескную театральную постановку с абстракционистскими декорациями, кажется при этом очень живым. Только жизнь в нём какая-то неправильная, искажённая, уродливая, всё происходит в атмосфере постоянного страха, и именно этот пронизывающий душу страх и создаёт ад, царящий вокруг, а вовсе не неуловимый убийца. Правда, что касается убийцы, то его личность устанавливается буквально с первых кадров, и с самого начала можно примерно предугадать как развитие повествования, так и его завершение. Но сомнение и страх всё равно не покидают зрителя и героев, и в этом можно найти особое очарование мистического в этом фильме - говоря всё, режиссёр в то же время не говорит ничего, и даже когда действие подходит к кульминации, остаётся ещё море нерешённых вопросов. И это прекрасно. Вопросы нам нужны. Да, да, вопросы - ни в коем случае не ответы. Потому что ответы - ничто, но поиск ответов - это всё. Слишком много ответов принесли миру несвободу, заключив его в отвратительную темницу всеведения. Возможно, действительно, Дьявол покинул этот мир, завершив свою работу - открыв людям глаза на тайны, которые ранее были им недоступны. А люди с радостью бросились на них, забывая, что тайна сама по себе притягательна, но, будучи раскрытой, она похожа на пустую высохшую хитиновую оболочку насекомого.
В тайне заключена красота, в незнании и только в незнании - свобода. Пока человек не знает, кто он - он может быть кем угодно и даже чем угодно. Но когда он определился, что он электрик, или сантехник, или писатель, или президент страны - на этом его свобода заканчивается. Вся история человечества на всём своём протяжении была убийством этой свободы, и теперь история подходит… к своей развязке. Но ведь вы всё ещё хотите освободиться? Хотя бы на один вечер? На один час? А? /Зорин Л. Ю./ К содержанию
P. S. Фраза фильма: "Ты ДОЛЖЕН стать доктором Калигари".
"Бумер"
Фильм, несомненно, спорный - в своё время он породил немало дебатов. "Бумер" можно не одобрять с каких-то позиций, с тех же кинематографических, хотя критиковали его чаще всё же с "нравственных", но современность он отражает более или менее правдиво - уж это-то никто не отрицал (даже менты). Потому, наверное, посмотрели его все. Здесь всё такое близкое и понятное. Даже то обстоятельство, что в "Бумере" жаргон так и хлещет, не создало преград для принятия его всеми слоями населения: в целом бандитские реплики могут понять даже те, кто совершенно несведущ в их узкоспециализированном языке. Потому что снято так. Хорошо снято.
Но мы забегаем вперёд. Чтобы раскритиковать "Бумер", можно копаться как в его общей структуре, так и в отдельных эпизодах. Мы этого делать не будем, а просто изложим свои наблюдения, сделанные нами по ходу картины. Впрочем, это тоже подходит под определение "копаться". Подходит - и подходит. Будем копаться. Слеганца.
Как и в любом современном отечественном кинофильме (впрочем, мы совершенно не компетентны в нашем кинематографе, чтобы утверждать это с уверенностью, хотя и не думаем, что так уж грешим против истины) в "Бумере" можно разглядеть гроздья плагиата или, выражаясь корректно, гроздья влияний - осознанных или подсознательных. Частенько при просмотре фильма вспоминаешь "Бешеных псов" - особенно страдания Ошпаренного на заднем сидении машины и кульминационная сцена ограбления пацанами компьютерной конторы с по-русски пронзительным названием "Аэлита" наводит на мысль об этом шедевре Тарантино. Впрочем, от "Бешеных псов" в этой сцене присутствует только замысел: само ограбление не показывается, зато последовавшая за ним бойня смакуется с кровожадной тщательностью. О том, какой фильм на самом деле был здесь творчески переработан, понимаешь, когда Килла, окровавленный, в порванной одежде, но радостный (он несёт пакет с деньгами), выходит из двери "Аэлиты"; потом он видит милицейский козелок, улыбка сходит с его лица и он начинает стрельбу - разумеется, это "Схватка". Далее. Систематические коротенькие зарисовки, демонстрирующие в ускоренном темпе будущую жизнь второстепенных персонажей, с которыми судьба сталкивает нашу героическую четвёрку, - это, как пить дать, влияние "Беги, Лола, беги" ("Судьба дальнобойщика" - самая удачная и сильная зарисовка). Эпизоды, в которых поочерёдно крупным планом показываются лица бандитов, напоминают "Romper Stomper". Хотя, тут дело скорее всего в схожести портретов героев обоих фильмов - лысые, злые и решительные пацаны. Ну, а решение Кота завязать из-за любимой женщины с преступным миром - это вообще избитая классика, можно назвать, в частности, "Путь Карлито". И т. д., что уж там говорить о жанре, в котором снят "Бумер" - road movie. Существует великое множество (главным образом американских) фильмов, которые можно было бы классифицировать как "прототипы" "Бумера".
Покопаемся дальше. Тоже слеганца. Но в другой области. В "Бумере" хватает и чисто человеческих нелепостей. Например, "пропажа" мобильника Кота. Тот, кто хоть какое-то, даже самое мизерное время владеет сотовым телефоном, знает, что простейший способ найти его - позвонить на него с другого телефона. Героям фильма это в голову не приходит - оно и понятно, тогда, скорее всего, рухнет весь сюжет фильма (мало ли что может Настя наговорить Коту!). Да и как он на таком расстоянии звонки принимает? А аккумулятор? Он, вообще, знает, что аккумуляторам положено сажаться с ходом времени? Ещё пустяк - дальнобойщик, пырнувший отвёрткой Ошпаренного, не смывал кровавый след от его ладони на двери своего тягача аж несколько дней (такое, во всяком случае, возникает ощущение). Можно, конечно, понимать этот эпизод в мистическом духе (де, за пролитую кровь расплачиваются кровью), но тогда и надо было снимать в мистическом духе. Под Линча закосить, что ли.
Вообще, "человеческих нелепостей" в "Бумере", наверное, до фига и больше. Специалисты в своём деле - имеются в виду те дела, о которых рассказывается в фильме, - легко смогут найти, к чему придраться (дальнобойщики уж точно). Один наш знакомый, опытный по части… гм… бурной, скажем так, жизни, после сцены, в которой Килла дарит парнишке с бензоколонки бейсбольную биту ("На, возьми подгон босяцкий, будешь от лохов отбиваться"), плюнул, выругался и перестал смотреть фильм…
Нет, мы вовсе не говорим, что фильм плохой. Фильм хороший, даже очень хороший.
|
 |
 |
Килла заваривает "кашу" |
Итог "каши" - Килла убивает ментов (двух) |
 |
 |
Кот убивает мента, убившего Киллу |
Кот убивает мента, добившего Раму |
 |
 |
Фокус с подброшенной травкой |
(Слева направо) Кот, Килла, Рама и Ошпаренный
|
 |
 |
Вот славный кадр! |
А это просто из т. н. "прикола" |
|
То, что мы накопали столько плагиата (хотя можно было бы и больше) - это вовсе не аргумент в пользу "ущербности" фильма, так как в современном кинематографе плагиат уже не является самим собой, ибо фактически всё уже снято-переснято и показано-перепоказано десятки и сотни раз, так что чаще всего отдельный сюжет может приобрести какую-то оригинальность лишь за счёт своей актуальности, которая, как известно, весьма скоротечна, особенно сегодня. А отмеченные нелепости - да Бог (или чёрт) с ними, правдивого кино ведь всё равно не существует. Практически. Современного уж точно.
Хороший фильм - ещё раз говорим. И актёры хорошие. И сценарий хороший. И режиссура хорошая. Да, и саундтрэк тоже примечателен - выделим романс "Сомнение" в исполнении Фёдора Шаляпина, который Ошпаренному по просьбе его друга поставили на несуществующем радио "Классическая волна": во-первых, очень сильная песня, действительно трогающая за душу, а во-вторых, она усугубляет атмосферу безысходности (сама же сцена с посланием через радиостанцию, кстати, не ахти, очень её портит какая-та недоделанная претензия на мистику).
На наш взгляд главный (а то и вовсе единственный) недостаток "Бумера" заключается в том, что это кино не для нашей страны и не для наших людей. Большинство постсоветских людей (особенно молодёжь) вынесла из этого фильма только то, как пиздато рассекать на чёрном бумере. Особенно с пушками. А то, что за кайфовый беспредел нужно расплачиваться кровью - эта мысль, весьма чётко вырисованная создателями фильма, от большинства как-то ускользает. В России сейчас господствует "Эон бумера": бумер есть - ума не надо. С другой стороны, конечно, чего ж не оттянуться по полной программе, коли жизнь такая беспросветная? Тут не грех и Шнура процитировать - на вопрос, как он отнёсся к тому, что написанный им саундтрек к "Бумеру" стал едва ли не лейтмотивом нашего криминального времени, гимном крутизны, он ответил: "Не знаю. Мне кажется, это гимн потерянного поколения".
Костян "Кот", Петя "Рама", Лёха "Килла" и Димон "Ошпаренный" (соответственно Владимир Вдовиченков, Сергей Горобченко, Максим Коновалов и Андрей Мерзликин) - это подлинные герои нашего времени, и можно только порадоваться, что они именно такие. Не то, что "могло бы и хуже быть", но всё-таки. И они действительно из "потерянного поколения". Их обречённость понятна с первых кадров. Кто-то, конечно, скажет, "туда им и дорога", но таким людям лучше сперва разобраться со своими комплексами, а потом уже критиковать киношных героев.
Кроме криминализации всей Руси, в "Бумере" можно выделить ещё одну немаловажную тему, хотя чётко она нигде не проступает. А именно: мужчины сопротивляются. Сопротивляются беспощадной и неумолимой феминизации человеческой цивилизации. В "Бумере" мужчины ещё на что-то способны. На любовь, на дружбу, на жесткость. С одним, правда, "но" - они убегают. Они постоянно убегают. В этом хроническом бегстве, собственно, и проявляется наступление неоматриархата - мужчины способны на мужские поступки, но (из-за этого???) им приходится постоянно прятаться и скрываться. А хронически крысятничающий Ошпаренный - это одновременно жертва и агент феминизации, помогающий ей убрать с пути "дестабилизирующие элементы".
Фразы фильма (приводим без указаний авторов реплик): "Да выключи ты эту херню! - Петя, эту херню написал Малер. - А кто это?"; "Двадцатка есть. - Ты на двадцатку эту молоко сейчас у бабушки купишь!" (и ведь действительно купил - это из-под него на ходу выкинули банку на каком-то сельском перекрёстке - тоже, кстати, весьма занимательный эпизод); "Трава какая-то, товарищ старший лейтенант, на зелёный чай похожа"; "Мы слишком внимание к себе привлекаем"; "Хрена ты тащишься, Бэтмэн!?"; "Они сладкие походу"; "Ну чё, не прокатило? - Да щас, бля, шину прострелю, прокатит"; "Чё она там с ним делает? Может, пойдём, посмотрим? - Угу, тебя там только не хватало. Орёт, значит - живой"; "Не мы такие. Жизнь такая. - И машина у вас страшная. Катафалка какая-то"; "Короче, делюгу делаем и разбегаемся". /Ник Фоменков/ К содержанию
P. S. Рецензировать сиквел "Бумера" мы категорически отказываемся - Пётр Буслов решил просто подзаработать на славе своего полнометражного дебюта. Искренне сочувствуя тем, кто по простоте своей душевной оказался в кинозале на премьере "Бумера II", мы лишь отметим, что этот фильм - крайне неуклюжая попытка распространить приёмы Такеши Китано на совковую действительность. Без "Бумера II" мы бы назвали "Бумер" культовым фильмом. А с ним - нет уж. Вообще, если бы мы признавали систему, мы бы, несомненно, подали в суд на Петра Буслова за нанесение морального ущерба.
P. P. S. Надеемся, Кот больше не воскреснет.
"V - значит Вендетта"
Война, окончательно низводящая человечество на уровень одержимых жаждой выживания животных. Власть, подавляющая все проявления свободной воли. Восстание одиночки, готового бросить вызов безжалостной диктатуре. Вирус, уничтожающий миллионы. Вопросы, которые сегодня задаёт себе бóльшая часть населения планеты. Всё это оказался способным соединить в себе фильм начинающего режиссёра Джеймса МакТига, который раньше занимался в основном постановкой видеоклипов. Правда, в работе ему помогли братья Вачовски, создатели знаменитой "Матрицы", но если первая серия этой киноэпопеи действительно претендовала на роль некой антиутопической кибер-библии, то последующие тянули разве что на среднюю голливудскую фантастику, которую после просмотра можно незамедлительно забыть. Так что Вачовски не в счёт, тем более, что особенных эффектов в "V - значит Вендетта" не наблюдается, равно как и батальных сцен, которыми трейлер пытается завлечь зрителей. О трейлере тоже можно забыть, у него работа такая - завлекать, подчас полностью искажая представление о картине. И нет никакого парадокса в том, что яркая реклама, обещающая размахивание кинжалами и феерические взрывы на протяжении всего экранного времени, скорее отпугнёт тех, для кого этот фильм действительно важен. К тому же всем полюбившихся драк с совершенно неправдоподобными прыжками и хаотических перестрелок в нём нет, так что ожидания будут обмануты…
Фильм снят по комиксу, вернее, по графическому роману Алана Мура, иллюстрированному Дэвидом Ллойдом. При всём справедливом отвращении к видео-произведениям, снятым по комиксам, компьютерным играм и прочим средствам массового отупления (с последующим установлением безжалостной диктатуры), невозможно не признать, что тот же "Город Грехов" на корню переворачивает это представление. Что ж, возможно, одно исключение лишь подтверждает правило, но почему бы не допустить, что два исключения подтвердят это правильно ещё более очевидно?
С "Городом Грехов" рецензируемый фильм роднит ещё несколько обстоятельств - во-первых, отсутствие претензий на "первичность", то есть даже не зная, что фильм является экранизацией комикса, об этом догадываешься с заглавных кадров. Во-вторых, в фильме тоже присутствует преступный священник - и так далее… Фильмы по мотивам работ Алана Мура снимались и в прошлом: абсолютно провальный "Константин" с Киану Ривзом, ничем особенно не примечательная "Лига выдающихся джентльменов" и весьма самобытный "Из Ада" с Джонни Деппом в главной роли. Так что Мур в этом смысле даже более кинематографичен, чем Миллер. И ничуть не менее жесток, хотя его жестокость больше на психологическом уровне, нежели на физическом, что для комиксов весьма нехарактерно.
На самом деле я давно ждала этого фильма - не этого конкретно, но чего-то подобного. Фильма, который можно было бы поставить на полку рядом с "Бразилией" и "Армией двенадцати обезьян" Терри Гильяма, "Эквилибриумом" Курта Уиммера, "Королевской битвой" Кендзи Фукусаку и другими замечательно-страшными антиутопиями, пугающими обывателя своей очевидной вероятностью или неочевидной невероятностью. Но результат, как это иногда бывает, превзошёл все ожидания - "Вендетту" можно смело поставить и отдельно, как пример совершенно самобытного и самого реалистичного, несмотря на всю театральность действия, образца антиутопического искусства. Действительно, в ней нет ничего "необычного"… Действие происходит в недалёком будущем в Великобритании. Группа исследователей совместно с военными разрабатывает смертельный вирус, который испытывает на подданных своего же королевства. Когда вирус (случайно, конечно же, случайно, а вы что подумали?) вырывается на свободу и от инфекции гибнет половина страны, во всём обвиняют исламских террористов, и к власти на волне всеобщего негодования приходит ужасный фашист (манера его речи похожа на гитлеровскую, да и сам он немного смахивает на Гитлера - состарившегося и обезумевшего), устанавливающий тоталитарный режим. Запрещается всякое свободомыслие, запрещается выделяться из толпы, запрещается думать, запрещается не испытывать страха, запрещается говорить. Сексуальные отклонения и любая вера, кроме веры в партию, караются смертью, вводится комендантский час, улицы патрулируются солдатами, с экранов телевизоров сутки напролёт звучат речи политических вождей и так далее и тому подобное - описание всего этого можно с вариациями найти хотя бы у Оруэлла или, если ещё раньше и не так очевидно, у Ремарка. Ничего необычного. Действительно, в этом фильме нет ничего нового и необычного… кроме самого фильма… и ещё его главного героя.
|
 |
 |
Рождение "V" |
"V" отправляется в свой последний путь |
 |
 |
Ужасный диктатор |
Последние мгновения ужасного диктатора |
 |
 |
Преступление правящего режима |
Народ поддерживает правящий режим |
 |
 |
Народ больше не поддерживает правящий режим,
|
Лондон в огне |
|
Главного героя - революционера, скрывающего лицо за фарфоровой маской, изображающей Гая Фокса (человека, два века назад попытавшегося взорвать палаты английского Парламента и приговорённого к смерти через повешение), играет Хъюго Уивинг. Этот актёр знаком широкой публике по всё той же "Матрице", а особенно "разбирающимся" ещё и по "Властелину Колец". Правда, вопреки всем законам Голливуда, настоящего лица его героя зрители так до конца фильма и не увидят. "V", как именует себя загадочный персонаж, погибает, так и не сняв маску, не поцеловав девушку (да, девушка там тоже есть), так и не увидев своего триумфа. В течение целого года он готовит теракт - взрыв здания Парламента Великобритании (вместе со знаменитым Биг-Беном, конечно), намеченный на пятое ноября - именно тот день, когда был раскрыт "Пороховой заговор" Гая Фокса против Якова I. При этом ведёт себя "V" для героя американского фильма, и даже для антиутопии, совершенно неподобающим образом - он абсолютно безжалостно и без лишних слов убивает своих противников, сознательно провоцирует восстание, "спусковым крючком" для которого оказывается убийство маленькой девочки, похищает главную героиню Иви (Натали Портман) и жестоко пытает её, изображая государственного чиновника, чтобы проверить, насколько она верна делу Свободы. При этом когда Иви заявляет, что она лучше умрёт, чем выдаст революционеров, становится ясно - в противном случае "V" действительно убил бы её.
Да, "V" - необычный персонаж, и, как это не удивительно, именно в нём неожиданно раскрывается актёрский талант Уивинга. Это лишний раз доказывает, что секрет настоящего Искусства заключён не в мимике и не в жестах - он заключён во всём, и одарённый человек может реализовать его в любых обстоятельствах. Это одна из причин того, почему "V - значит Вендетта" нужно обязательно смотреть в оригинале - ограниченный в средствах, персонаж выражает бóльшую часть своих эмоций голосом, который звучит то саркастично и насмешливо, то уверенно и жёстко. О да, "V" часто шутит - готовя своей невольной гостье завтрак, он поверх своего бронежилета надевает передник с затейливым рисунком, женщине, которой десять минут назад ввёл смертельный яд, он галантно преподносит розу, взрывы зданий, подстроенные им, непременно сопровождаются красочным фейерверком… Жестокость и ирония, переполняющие героя, создают очень запоминающийся и немного безумный образ - хотя он ведь таким и должен быть, настоящий революционер… В самом конце, перед смертью, "V" всё-таки признаётся Иви, что любил её с момента их первой встречи, но это только добавляет ему трагизма и какой-то патологической уверенности - да, любил, но и ради этого не отступился от своей Идеи.
Хотя что касается Натали Портман, то если бы в неё хотя бы немного не влюбились, было бы искренне обидно. Её можно без колебаний назвать самой красивой и самобытной актрисой современного Голливуда - где-то рядом с Сигурни Уивер и Вайноной Райдер, также отметившихся на весьма нестандартных ролях. В Портман уже влюблялся Дарт Вейдер - один из наиболее противоречивых и обаятельных злодеев прошлого века, и вот теперь - "V". Нет, я не оговорилась, назвав "V" "злодеем" - не обязательно же злодеи должны вызывать отрицательные эмоции даже у широкой публики. В наш век… на волне всеобщего негодования… Нет, правда, борец с Системой не может быть "добрым", и Революция "доброй" быть тоже не может. Революция - это всегда Кровь, много крови, реки крови, моря, океаны… Революция - это та же Война, только Война, за которой стоит Идея, и поэтому требующая не перемирия или мира, но Победы и только Победы. Разве может стоять во главе Революции человек (или существо - "человеком" "V", исходя из контекста фильма, назвать тоже сложно), заботящийся о морали или милосердии? Нет, конечно, нет.
И когда "V" мучает Иви, а потом признаётся ей в этом, она его понимает, после короткой истерики вдруг заявляя, что "да, это было необходимо, теперь я ничего не боюсь", чем удивляет зрителя в очередной раз. Бывшая гламурная девушка, одетая в модное облегающее платье, превращается в солдата… и, хотя этот момент инициации обставлен создателями фильма довольно пафосно, его можно простить на фоне всего остального - всё же это Голливуд, а не независимый корейский кинематограф. Естественно, именно перерождённая Иви в конце концов и нажимает на ту самую "красную кнопку" (т. е., рычаг), в результате чего знаменитейшая достопримечательность Лондона взлетает в воздух…
Правда, особенной надежды по завершении картины я так и не ощутила - то ли это особенность моего характера, то ли фильм сам по себе снят как-то… безнадёжно. Трудно сказать. Его нужно смотреть самому, ведь пересказ сюжета с комментариями не может передать странную и искажённую атмосферу, загустевшую от ненависти и недоверия запуганных, запутавшихся в чужих политических интригах людей, не может ничего рассказать о замечательном видеоряде и гротескно-реалистической игре всех без исключения актёров… Если вдуматься - ничего он на самом деле не может. А могут что-то сделать разве что безжалостная Диктатура и Революция. Да, они - точно Могут. /Зорин Л. Ю./ К содержанию
P. S. Фразы фильма: "Писатели говорят Ложь, чтобы открыть Истину"; "За этой маской скрывается не человек, за ней скрывается Идея, а Идеи пуленепробиваемы, мистер Гриди".
"Плохой лейтенант"
Этот лейтенант из нью-йоркского департамента полиции действительно плохой. Такой плохой, что дальше, наверное, некуда. Во всяком случае, трудно представить себе настолько порочного и безнравственного человека. Нет, продвинутее-то по части греха отморозки бывают, ещё как, но навряд ли они служат в полиции, да ещё и в офицерском составе. Судите сами: отвёз своих сорванцов в школу и тут же, едва те растворились в толпе детей, перед самой школой, занюхал кокса. Приехал на место преступления - двух девушек кто-то из пистолета грохнул - и, едва взглянув на их трупы (причём не из профессионального долга и интереса, а для того только, чтобы заценить сиськи одной из убитых), отправился судачить с другими (тоже коррумпированными, но не до такой степени, да и не столь порочными) офицерами о ставках на матч по бейсболу. У него на глазах ниггер по багажникам частных машин шарит, а он знай себе кофе потягивает и по телефону опять о ставках болтает. Лапочка-дочка проходит первое причастие, а он, тут же, в церкви, снова о ставках разглагольствует. Да что там причастие! Он кокаин сыпет на фотографии своих чад, да так и занюхивает с них. Вряд ли, правда, при этом он понимает, что делает. А то, что лейтенант вырубается ночью на полу в церкви, среди разбросанной церковной утвари, под надписями "FUCK" на библейских мозаиках - на месте изнасилования монахини (её играет Фрэнки Форн) двумя гопниками из испанского гетто Гарлема (причём девственную плеву монахине классически порвали распятием), - такие "приколы" являются уже сами собой разумеющимися.
Лейтенант нюхает кокаин (и, видимо, спиды), курит героин (потом и вмазывается), пьёт виски практически постоянно - дома, на работе, за рулём. Он почти не спит - находиться в нарко-алкогольном отрубе не означает спать. Он плохо соображает, где реальность, а где лишь его фантазии, он видит галлюцинации, его же фантастические теории о матчах и вероятном победителе, которыми он грузит окружающих, указывают на то, что у него уже началась паранойя. Сексуальная жизнь лейтенанта перешла даже грань извращений и свелась к… как бы это сформулировать… к "вялым телодвижениям сексуального характера".
На протяжении всего фильма лейтенант стреляет только два раза - и явно не из профессиональной необходимости. В первый раз он стреляет в потолок в корейском магазине - для того, чтобы заставить заткнуться пойманных воришек, у которых он хочет отнять украденные ими деньги. Во второй - в радиолу в салоне служебного автомобиля, услышав, что команда, на которую он поставил, проиграла. Достаёт он пистолет и в других эпизодах, но только затем, чтобы зритель лишний раз убедился в том, что у него сорвало башню. У лейтенанта, в смысле, хотя созерцание разворачивающейся спирали безумия не проходит даром и для зрителя.
Лейтенант использует любую возможность, чтобы "подняться на бабло". Уже в начале фильма можно прийти к убеждению, что главный герой - не полицейский, пускай и коррумпированный, а каким-то образом внедрившийся в полицию бандюган-наркоман.
Можно было бы сказать, что лейтенант - сущий дьявол. На самом деле это не так. Что-то постоянно говорит о том, что все "отклонения" в его поведении в принципе способны быть истолкованы расхожими речевыми оборотами вроде "человек запутался", "человек потерял себя" и т. д. Лейтенант творит дикости, но своим поведением он вызывает к себе не отвращение (или восторг, если угодно), а сочувствие. Даже как-то жалко его.
Собственно, настоящим Дьяволом лейтенант предстаёт только в одном эпизоде - когда он приходит в церковь убедить изнасилованную монахиню пренебречь "законными" путями правосудия и позволить ему наказать малолетних преступников должным образом. Словно искуситель появляется он мутным образом из-за левого плеча молящейся монахини. Но та уже простила насильников - простила с самых что ни на есть христианских позиций: "И никогда больше не попадутся мне два мальчика, чья молитва будет столь горька, столь искренна, столь мучительна". Лейтенант напирает на логику и здравый смысл (как и положено искусителю): "А у вас есть право? Вы не единственная женщина на всём белом свете. Вы даже не единственная монахиня. Последствия вашего прощения будут кровавыми. Что, если эти ребятки проделают то же самое снова? С другими женщинами, с другими девственницами? Со старыми женщинами, которые просто умрут от шока? Так есть ли у вас право прощать их? Вы сможете нести бремя прощения, сестра?" Но монахиня остаётся непреклонной.
Её непоколебимая вера, чуть ли не святость, оказывается последней каплей для изувеченной психики лейтенанта. Задолжавший космическую сумму (начинал он с пятнадцати тысяч, а закончил ста двадцатью), захлебнувшийся в наркотиках, порвавший практически все отношения с сослуживцами и семьёй, он оказывается способным поразиться поступку монахини и… вроде это называется "преобразиться". Великий грешник удостаивается видения Христа: сперва обрушив на него обвинения вперемешку с гнусными ругательствами (один "стукач ебáный!" чего стоит), он в итоге просит у него прощения. А потом, плача и подвывая, устремляется к нему. На четвереньках. Чтобы поцеловать ему ноги.
|
 |
 |
Лейтенант занюхивает перед зданием школы |
Зои и лейтенант |
 |
 |
Лейтенант отрубился на месте преступления
|
Лейтенант пьёт за рулём |
 |
 |
Лейтенант в роли искусителя |
"Придите ко мне, страждущие" |
 |
 |
"Закрой ебальник!" |
Мачо не плачут, мачо воют |
 |
 |
Монахиню обследуют на предмет полученных
|
"Вампиры - счастливчики, они могут питаться другими.
|
|
Концовка фильма - совсем уж образец праведности: излечившийся и раскаявшийся лейтенант отдаёт сопливым насильникам (на них его вывела негритянка, которую его перегоревший мозг и принял за Христа) взятые у наркодилера для игры деньги, отправляет их на автобусе прочь из Нью-Йорка (правда, перед этим, видимо, по старой привычке, он лажает "дерьмо", которое те курят, и предлагает им попробовать "качественное"), после чего отправляется принимать смерть. Нельзя сказать, что всё даётся лейтенанту легко - он страдает, как загнанный и израненный зверь, но в его поступках видна какая-то потусторонняя решимость. Словно откуда-то взялись силы. В финальной сцене, когда вокруг машины убитого лейтенанта (его самого не показывают) собирается толпа, можно прочитать возвышающуюся над снующими людьми вывеску казино: "It all happens here" - "Всё происходит здесь". Словно последнее наставление зрителю.
В общем, несмотря на ряд весьма жёстких сцен, фильм по сути своей является высоконравственным, защищающим моральные принципы христианской цивилизации. Назвать его "отморозочным и для отморозков" - всё равно, что назвать "Страсти Христовы" "сатанинским кино" из-за того, что там терзают Иисуса и периодически маячит Сатана. "Плохой лейтенант" - из тех фильмов, которые навязывают благонравие методом от противного. Хотя, католический крестик попадает в кадр при каждом удобном и не удобном случае, да и Христос, можно сказать, проходит красной нитью через весь фильм. Например, во время сцены причастия детей лейтенанта постоянно - прорываясь через греховный разговор полицейских - звучит фраза "Тело Христово". Окровавленный, он терзается на кресте во время сцены изнасилования монахини. А когда лейтенант приходит за деньгами к своему толкачу (похоже, тот даже и друг его искренний), ему какое-то время приходится посидеть на диване с его мамой. Эта сцена снята так, что между лейтенантом и пожилой испанкой снова оказывается Иисус - он изображён на покрывале. Сын Божий словно выглядывает из-за плеча безумного грешника. Потом мама толкача что-то говорит лейтенанту по-испански - зритель не понимает. Она ещё что-то даёт ему. Может, облатки. Или чётки - не разобрать. Сцена очень похожа на благословение. Или утешение.
Естественно, фильм ценен не этим благочестием (хотя, может, для кого-то и им). "Плохой лейтенант" - классический "фильм одного актёра". Здесь всё держится на Харви Кейтеле. Не в том смысле, что всё настолько плохо, что только этот актёр и спасает положение. Нет же, фильм сделан очень добротно, но всё, что происходит на экране, является, так сказать, лишь приложением к Кейтелю. Уж как играет, как играет! Что порок, что раскаяние в его исполнении - от всего мурашки по коже бегут. Выстраданная роль. Чтобы окончательно охуеть от игры Кейтеля в этом фильме, нужно во время просмотра эдак третьего выключить звук и сосредоточить всё внимание исключительно на мимике актёра.
Если создатели "Плохого лейтенанта", в частности, режиссёр Абель Феррара, ставили перед собой цель переплюнуть Такеши Китано с его мучающимися отморозками-полицейскими, а говоря конкретнее, китановского Азуму из "Жестокого полицейского" (1989), то у них это получилось. Если и не ставили - то всё равно получилось. А принцип "мачо не плачут, мачо воют" из снятых годом ранее "Бешеных псов" доведён здесь Кейтелем до истерического экстремума. В конце фильма лейтенант только и делает, что воет - от отчаяния, от безысходности, от осознания неизбежности возмездия. Воет, но всё равно… восходит на свою Голгофу… под вывеской казино.
Самые трагикомичные сцены фильма. Первая: полулёжа на кушетке, лейтенант наливает себе стакан виски, однако, наполнив его почти полностью, начинает пить прямо из горлышка бутылки. Вторая: поймав двух обдолбанных школьниц в машине без прав, он заставляет первую делать ртом сосательные движения, а вторую демонстрировать свою задницу, сам же, отчаянно матерясь, дрочит.
Фразы фильма (перевод Гоблина, кроме последней цитаты): "Слышь, ты так долго не протянешь. - Ты, бля, кто такой? Консультант по здоровому образу жизни или барыга? Свой продукт не используешь - какой ты на хуй бизнесмен?", - диалог лейтенанта и уличного толкача, которому он принёс партию товара (вещдок, между прочим) и отсыпал из неё себе "на ход ноги"; "Что там? - Похоже на кило кокаина. - Оформите как улику", - отвечает лейтенант другим копам, крайне раздосадованный тем, что ему не удалось выкрасть из-под трупа этот килограмм; "Объявим награду в пятьдесят тысяч долларов… - Это пускай католическая церковь объявляет. Девушек насилуют каждый день, а мы назначим пятьдесят тонн только потому, что эта тёлка ходит в костюме пингвина? - …У тебя проблемы? - Церковь - это грабилово. - Ты католик? - Да, католик", - лейтенант объясняет свою жизненную позицию другим офицерам; "Я уворачиваюсь от пуль с четырнадцати лет, ёб ты, никто не может меня убить! У меня благословение! Я, бля, католик!" - лейтенант отвечает на предупреждение своего букмекера; "Ты не смог заплатить шестьдесят тысяч, а проиграешь - будешь должен сто двадцать. За столько я тебя сам ёбну", - букмекер прощается с лейтенантом; "Вампиры - счастливчики, они могут питаться другими. Нам приходится пожирать самих себя. Мы должны съесть свои ноги, чтобы запастись энергией для ходьбы. Мы должны дойти, так что можем приступать. Нам приходится высасывать самих себя. Мы должны пожирать себя до тех пор, пока ничего не останется, кроме аппетита. Мы отдаёмся, отдаёмся и отдаёмся безумно. Потому что подарок, который имеет смысл, не стоит этого. Иисус сказал семьдесят раз по семь. Никто никогда не поймёт, почему, почему ты сделал это. Они забудут о тебе уже завтра, но ты должен сделать это", - Зои "благословляет" лейтенанта.
Кстати, Зои Ланд, сыгравшая эту флегматично-эпатажную героиню под своим именем, сама же и написала процитированный бредовый речитатив. Определённо, она очень хорошо знала свою роль (а она вся была сведена исключительно к наркотикам - даже намёка на секс никакого не было, что при такой внешности, если вам, конечно, нравятся худенькие девушки с манерами, просто обидно) - через семь лет после съёмок фильма в тридцатисемилетнем возрасте она умерла от паралича лёгких и сердца, вызванного передозировкой героином.
Про эту Зои хочется сделать ещё одно замечание. Несомненно, создатели фильма что-то хотели сказать тем, что сцена изнасилования монахини идёт параллельно со сценой употребления наркотиков Зои и лейтенантом. Здесь налицо преемственность, поданная методом противопоставления: непорочная монахиня принуждается к грубому сексу, в то время как погрязшая в грехе наркоманка - совершенно асексуальный персонаж. Получается, что монахиня "выполняет работу" Зои (если смотреть на вещи объективно), а та в обмен "благословляет" лейтенанта на мученичество. Это "благословение" - единственный явный признак обозначенной женской преемственности, но, в общем-то, и без него она была бы достаточно очевидной: обе героини - рыжеволосые. Рыжей была и шалава в сцене отмороженной сексуальной оргии - непосредственно перед тем, как лейтенант пришёл к Зои (а может и - освещение у этой сцены одно-тональное - блондинкой она была). Более прямолинейную женскую преемственность - причём тоже с рыжеволосыми женщинами - демонстрировал Алан Паркер в своей легендарной "Стене" (1982): главный герой Пинк (Боб Гельдоф) в детстве подглядывал через бинокль за рыжеволосой красавицей, живущей в доме напротив, позже он женился на девушке такого же типа, и перед своим восхитительным припадком безумия он подцепил групи всё того же типа.
В заключение отметим вызывающую "неполиткорректность", которой насыщен "Плохой лейтенант". Кроме двух девиц под кайфом, в фильме, считай, и не было белых преступников. Американским кинематографистам такая "дискриминация" белого населения вообще-то не очень свойственна. Даже более того, когда в корейском магазине вызванный хозяином полицейский наезжал на схваченных юных негров, один из них огрызнулся в том духе, что, мол, коп докапывается до него только потому, что он чёрный. Крайне неприятный эпизод для политкорректных выше крыши активистов, защищающих права чёрных. /Дмитрий Попов/ К содержанию
|