Человек - Микрокосм, каждый из нас - действительно индивидуальная вселенная. Весь окружающий мир создан только для того, чтобы мешать тебе, всем нам, сосредоточиться на своём мире, родном и настоящем. Это наш мир. А не сей. Кстати, быть Князем мира сего - значит быть вовне. Не в себе. Мы не призываем к уничтожению этого внешнего мира - хотя признаём, что нам по душе многие из тех, кто пошёл именно этим путём, - но заняться своим Я можно и по-другому. Разумеется, каждому - своё, но ведь это и есть определение Микрокосма. Своим Я - вот чем следует заняться. Право, здесь очень интересно.

К делу. Хотя настоящее издание Катехизиса и заявлено как "исправленное и дополненное", первая часть этой характеристики, т. е. "исправленное", не совсем точна, т. к., строго говоря, в данной работе уже ничего нельзя исправить. Некоторые рассуждения были сокращены, другие - наоборот, но в целом всё осталось на своих местах. Самым существенным дополнением Катехизиса мы считаем последний вопрос Интересующегося и ответ на него Гиперфашиста - уже одна только эта фраза не позволит характеризовать Гиперфашизм как "оторванный от жизни".

Пожалуй, стоит также сказать о реакции на первое издание Катехизиса. Тем, кто внимательно читал Катехизис, должно было понятно, что сам по себе Катехизис есть не что иное, как воплощение идеи, содержащейся на его же страницах: т. е. творческий акт, направленный против мира сего. Должно было понятно и то, что создавался Катехизис исключительно сам по себе, и ни на какую реакцию расчёта не было. Поэтому, подытоживая, реакция на Катехизис лично для нас ничем не отличалась от реакции на любой произвольно выбранный творческий акт. Тем не менее, хотелось бы пояснить некоторые моменты.

Во-первых, несмотря на то, что Катехизис излагается в виде пьесы (в первом издании Катехизис был объявлен "одноактной минималистской пьесой в традициях Бертольта Брехта"), это вовсе не означает, что данная работа предназначена для постановки на той или иной сцене. Мы являемся реалистами, поэтому с самого начала не преследовали подобной цели. Появление Гиперфашиста на театральной сцене было бы странным, абсурдным, если не сказать нелепым. Изложение же какого-то вероучения, идеологии и проч. в форме диалога - изобретение вовсе не наше, этот приём древен как и сама творческая (конкретизируя - философская) мысль, мы прибегли к нему, чтобы изложить свою мысль в максимально доступной форме. Гиперфашизм - это предмет жизни, потому главного героя Катехизиса - Гиперфашиста - было просто необходимо сделать живым персонажем, с нормальными человеческими эмоциями, привычками, странностями и т. д. Прибегни мы к обычной (догматической) структуре катехизиса, т. е. "вопрос - ответ", мы сразу обрекли бы Гиперфашизм на гибель той самой "претензией на основание какого-то нового учения", о которой говорили ранее. И, в конце концов, Катехизис было бы просто скучно читать.

Во-вторых (хотя, по своему значению этот пункт следовало бы сделать первым). Нас довольно часто упрекали, что в Катехизисе "слишком много противоречий". На это "обвинение" сказать нам нечего: просто потому, что суть Гиперфашизма как раз таки и состоит в этих "противоречиях". Потому что Гиперфашизм - это попытка синтеза (мы объективно оцениваем свои работы, потому и говорим о попытке, но никак не о каком-то завершённом деянии) несовместимых вещей. Отсутствие т. н. "противоречий" привело бы концепцию Гиперфашизма ко всё тому же догматизму, это лишило бы его гибкости и своего рода универсальности. Кстати говоря, главного "противоречия" Катехизиса Гиперфашизма никто, видимо, так и не заметил: ведь строго говоря, наш Катехизис вовсе и не катехизис, потому что он не является каким-то сводом правил и уж тем более инструкций - почти на каждой странице он говорит, что человек должен решать и создавать всё исключительно сам. "Всё в твоих руках" - единственная т. н. "установка", которую должен получить читатель после прочтения Катехизиса. Те же, кому не дают покоя все эти "противоречия", просто не поняли сути Гиперфашизма. Или не хотели её понять - что более вероятно. Хотите вы этого или нет - противоречия дают свободу снятием ограничений. А Гиперфашизм есть Свобода. Всё очень просто.

Третье (разумеется, можно было бы привести и четвёртое, и пятое, и двадцать пятое, но мы решили ограничиться только этими положениями). Отвечая не сколько задававшим вопросы, сколько самим себе, хотелось бы подчеркнуть вот ещё что. По сути, все наши остальные работы, даже ранние, являются некоторыми специализированными дополнениями к эпизодам из Катехизиса. Где-то это легко заметно, где-то - не очень, но, тем не менее, это именно так. Так что правильнее, быть может, было бы писать, что не это издание является приложением, а, напротив, все остальные издания, в которых мы принимали участие, являются приложением к Катехизису Гиперфашизма. Join us - we are the future. Enjoy.

Солнце взошло слишком высоко, но то ли это Солнце, что хочет породниться со Сталью, наше ли это Солнце, что самое сильное, - понять это можно не сразу. Слишком много фантомов нынче, и откуда они пришли, подчас неведомо даже им самим. Так встанем же, завоюем вершину доселе непокорённую - нами самими ещё непокорённую - и взмахнём там своими крыльями, средь песен ветров взмахнём. Что труднее всего увидеть во тьме кромешной? Чёрное солнце.