Каюсь, иногда я бываю рассеянным. До жюльвернского Паганеля мне, конечно, далеко, но тем не менее. В своё время я проглядел на сайте Нового Университета, что объявленная на 18.30 лекция Дугина переносится на два часа, а факт, что на добросовестно приобретённом мною в "Арктогее" билете время начала лекции было замалёвано, также прошёл мимо моих органов чувств. Таким образом, пребывая в блаженном неведении, я приехал в музей Константина Васильева, произвёл осмотр на месте, побродил по зданию и, наконец, направленный не очень дружелюбным работником музея, ввалился в импровизированный зал заседаний - на часах было 18.20. К моему ужасу, собрание шло полным ходом.

Прошло не так уж и много времени, прежде чем всё встало на свои места: во-первых, я пропустил уточнение информации, во-вторых, происходит сейчас не собрание Нового Университета, а Конгресс интеллектуальной евразийской молодежи, точнее - завершилась его официальная часть и начинается неофициальная, и, в-третьих, сам Александр Гельевич в этот момент находится в Кремле. Я решил не сопротивляться ходу событий, а подчиниться ему, поэтому и пошёл вместе со всеми участниками конгресса в другое здание, где должна была состояться его неофициальная часть. Да и идти мне, если честно, было некуда. На каком-то музыкальном телеканале есть передача "Напросились" - вот что-то такое и получилось.

Сначала меня несколько огорчила услышанная информация, что я оказался свидетелем "законспирированного съезда", потому что в таком случае писать о нём было бы нельзя, но потом на сайте Международного Евразийского Движения был выложен отчёт о конгрессе, так что никаких замыслов публикацией репортажа об этом субкультурном событии я не раскрываю.

В том же, что конгресс стоит отнести к субкультурным событиям, сомнений быть не может: на нём были сплошь творческие люди - издатели, редакторы, кинорежиссёры, учёные, художники и т. д., а нонконформистская, во всяком случае, никак не совместимая с понятием массовой культуры составляющая творчества этих людей позволяет с полным правом использовать магическую приставку "суб".

Обстановка была, как уже говорилось, неофициальная, поэтому в беседах между участниками конгресса обсуждались самые различные вопросы, которые в протокол собрания не особенно повносишь. Прошлись, в частности, по чёрным одеждам, которые в Конце Времён людям духа только и следует носить; загадкой для меня осталось политико-цветовое обыгрывание Валерием Коровиным аббревиатуры РЕД (МЕД - Международное Евразийское Движение, по аналогии с этим РЕД - Русское Евразийское Движение, но здесь я не в курсе); после короткого спича Михаила Вербицкого (Павел Зарифуллин, если не ошибаюсь, определил его как "самого скромного евразийца") поговорили не иначе как о Новом Советском Союзе - "злое веселье", как его позже определили в коммюнике конгресса, ностальгически затронуло и знаменитое "Банду Ельцина под суд!"; а с подачи староверов очень долго дискутировали о, как бы это сформулировать, конспирологической подоплёке искусства пения и его преподавания в современной образовательной системе. Вот уж заговор, так заговор! - тут ничего другого не остаётся, как плести ответный субкультурный заговор. Вообще же всех обсуждаемых тем не перечислить - скучать не приходилось, уверяю вас.

Был там один художник, тоже, очевидно, "напросившийся", тихопомешанный такой художник - обладатель, впрочем, ряда звучных общественных должностей. Он нападал на евразийцев, расставлял картины и начинал объяснять смысл изображённого. Как я понял, выставляемая им экспозиция была триптихом, мне понравилась левая картина (средняя тоже была хороша, величественная, а на правой я ничего не разобрал). Понравилась сразу - я увидел на ней мчащегося по небу Всадника Апокалипсиса. Но оказалось, что там нарисован не конь, а лодка, и что никакого всадника нет, а есть плывущий в лодке человек, который сам по себе символизирует духовное просветление, переход на новый надчеловеческий уровень, а "парит" этот человек не в небе - просто картина трёхъярусная, и человек в лодке знаменует собой определённый этап на пути прочь из умирающего мира (т. е. первого яруса картины). После полученных разъяснений я увидел и лодку, и человека в ней, и даже реку, по которой плывёт лодка с просветлённым человеком, также я смог бы показать все три яруса бытия, запечатлённые на картине, не уверен, впрочем, что правильно. Но Всадник Апокалипсиса всё равно не исчез.

Александра Гельевича, как уже говорилось, не было, но дух его незримо присутствовал - на него постоянно ссылались и упоминали. Кстати, выяснилось (если не ошибаюсь, это было опять делом рук староверов), что если отцом Евразийского движения является, бесспорно, Дугин, то матерью Движения и Евразии как таковой - Цветущая Сложность. Это открытие вызвало у меня некоторую растерянность, потому что до этого я был убеждён в существовании только Невыносимой Лёгкости Бытия. Через два часа все начали возвращаться в конференц-зал.

Воспользуюсь переходом из избушки-банкетного зала в усадьбу для того, чтобы сказать пару слов о месте проведения конгресса и лекции. Музей Константина Васильева - хорошо известное место среди тех, кто не впервые слышит о Норде, рунах, Наследии Предков и т. д., здесь часто происходят события, подходящие под субкультурное и радикальное определение. Героические полотна Васильева описывать и тем более нахваливать не буду, да и не нравится он мне как художник: эдакий нордический фашиствующий Васнецов - тот, который Виктор, - представитель "социалистического реализма наизнанку", как Уолтер Лакёр охарактеризовал творчество Ильи Глазунова. Музей вовсе не является какой-то закрытой организацией, поэтому у кого возникнет желание осмотреть и оценить картины Васильева - от станции метро Алтуфьево на 92-ом автобусе. Я же решил щёлкнуть картину не Васильева, а неизвестного мне художника, которую обнаружил в избушке - она тоже подходит к теме данного репортажа. Душевная такая акварель, хотя и служит свидетельством языческого апофеоза. Вообще же, если честно, развешенный на стендах усадьбы агитационный материал поверг меня в ужас своей языческой непробиваемостью - окопавшиеся в музее язычники, в частности, обзывают уродом того, кто не колядует и не купается в снегу. Значит, я урод. Ну да пускай это будет на их языческой совести.

Тем временем приблизился назначенный час, народ собирался, я выискивал лица, знакомые по прошлым посещениям собраний Университета. Дугина, однако, всё не было. Слушатели отнеслись к занятости учителя с пониманием и даже стоически (окончание лекции грозило прийтись на очень поздний час), они бродили по залам музея, фотографировали, общались. Безумный художник нашёл себе очередную жертву и расставлял перед ней картины, на какого-то замешкавшегося студента он даже затопал ногами - нельзя, нельзя заслонять его картины!

Но вот раздалось долгожданное "Дугин, Дугин приехал!" - все сразу замолчали и бросились по своим местам, как любые учащиеся любого учебного заведения при появлении своего учителя. Ворвавшись в зал (я не преувеличиваю, он именно ворвался), Дугин сразу провозгласил, что "внешний мир нужно воспринимать как удар". Далее последовала весьма поучительная история из жизни знаменитых московских эзотериков, которая проиллюстрировала только что изречённую максиму. Закончив необычайно воодушевившее всех присутствующих вступление, Александр Гельевич обратился непосредственно к теме лекции.

В двух словах (я не считаю необходимым пересказывать дословно содержание лекции, т. к. рано или поздно она будет выложена на сайте Нового Университета) мы услышали следующее: сначала последовал обзор теорий, так или иначе оперирующих термином Норд - были упомянуты теософы, мистики, расисты и т. д. и т. п., в т. ч. были озвучены и теории, "притягательные лишь своей никчёмностью"; в итоге же все эти теории парадоксальным и одновременно самым логичным образом привели к констатации значимости России в понятии Норда, но России не в узком национальном смысле, а в евразийском объёме - от эвенков до татар. И сегодня как никогда существует необходимость в воссоздании гиперборейской карты Руси - конечно, не географической. Осуществление этой священной акции возложено на нас, и это в наших силах - для этого каждый должен стать наблюдателем, но фиксировать следует не внешние события, а внутренние. Несомненно, эту рекомендацию может поддержать мистик любого ранга и направления. Необходимо двигаться к Северу, вырабатывать в себе Осевую Сущность. И этой установке вовсе не противоречит утверждение, сделанное в самом начале лекции - да, Северный свет зовёт, но это путь истощения, ибо на Севере всё исчерпывается. Не противоречит, потому что, как известно, то, что меня не убьёт, то сделает меня сильнее.

Строго говоря, ничего нового Александр Гельевич не сказал. Всё, услышанное нами в тот вечер, он уже изложил в своих многочисленных работах по гиперборейской и конспирологической тематике. Но, как говорится, одно дело прочитать, другое - послушать. Я не одинок в своём мнении: занятия Нового Университета - это прежде всего не информационное обогащение, но, если можно так выразиться, "духовная подпитка". Ты слушаешь и думаешь, что вот выйдешь сейчас за дверь, а там - всё другое. Или, нет - ты сам уже другой.

Во время написания этого отчёта меня преследовало видение гигантского круговорота, какой-то глобальной воронки, затягивающей зрителя неведомо куда. Над смыслом этого видения размышлять долго не пришлось - конечно, я вспомнил Эзру Паунда: "Наш «вихрь», наш «vortex» - тот пункт круговорота, когда энергия вонзается в пространство и даёт ему свою форму. Всё, что создано природой и культурой, для нас общий хаос, который мы пронизываем своим вихрем… Мы - вихрь в сердце настоящего, и те углы и линии, которые создаются нашим вихрем в нашем хаосе, в жизни и культуре, какой мы её застали, и есть наше искусство. Мы - «новые ego», и наша задача - «обесчеловечить» современный мир; определившиеся формы человеческого тела и всё, что есть «только жизнь», утратили теперь прежнюю значительность. Нужно создать новые отвлечённости, столкнуть новые массы, выявить из себя новую реальность…" Как это созвучно с услышанным на лекции! - но не мне, мистику, удивляться совпадениям и случайностям. Не удивился я и тому, что смысл высказывания Паунда совпал и с отмеченными в коммюнике конгресса соображениями Павла Зарифуллина о том, "как верстать на практике новый евразийский стиль"…

Я почему всё это так расписываю, да вот, сказать хочу: хорошие люди евразийцы. Ну, я-то, положим, это и так знал, так ведь непонятно, почему, извините за выражение, "гонят" на Дугина и на его последователей - дело уже чуть ли не до "зомби" доходит, которых Александр Гельевич, оказывается, "штампует" на своих заседаниях. Я сидел с этими людьми за одним столом - какие ж они "зомби", просто хорошие и умные люди, движимые идеей и уважением к своему учителю.

"По моим наблюдением, большая часть тамошних читателей совершенно не понимает, что пишет бородатый и лукавый гуру, им важно лишь ощущение причастности к чему-то высокоинтеллектуальному, впрочем, ничего плохого в этом нет", - это я цитирую одного "правдолюбца", побывавшего на сайте Арктогеи. В свою очередь по моим наблюдениям (я был вовсе не на одном собрании Нового Университета) "тамошние" читатели-слушатели - студенты, как студенты, кто-то всё понимает, кто-то не всё, но чтоб "большая часть"… Что верно, то верно, "ощущение причастности к чему-то высокоинтеллектуальному" играет немаловажную роль, но как же, объясните мне, без понимания приобщиться к этому самому "высокоинтеллектуальному"? Господам журналистам явно не следует судить всех по себе, после чего выдавать свои неудовлетворённые амбиции за прописную истину.

Я считаю себя учеником Александра Гельевича, и в одной из наших бесед он принял это моё самоопределение. Ученик я, может, не самый хороший, и уж однозначно не из любимчиков, скорее из таких, знаете ли, которые сидят за последней партой, отвечают невпопад, а иногда и вообще, о, ужас, из трубочки по портретам на стенах поплёвывают. Но мне всегда бывает обидно, когда какие-то посредственные писаки мнят себя невесть чем и обливают грязью человека, стоящего выше их по всем категориям.

Эту лекцию Дугин закончил точно так же, как и начал - стремительно вышел из зала. Только его и видели. Мне таки удалось настичь его - и знаете, что я увидел? На заднем сидении машины сидел уставший, буквально измождённый человек. А ведь всего пять минут назад он был полон сил, шутил с нами, говорил нам о вещах, которые нам помогают, наставляют нас - короче говоря, Дугин делился с нами своей силой. И, похоже, отдал нам её слишком много, почти ничего не оставив себе. Согласитесь, "зомби" можно делать каким угодно образом, но только не таким.

P. S. Когда я возвращался домой в поезде - я проснулся от холода. В Питере против московских плюс шести было минус пятнадцать. Я собственной кожей ощутил, что стал ближе к Норду. Осанна!